Глава 2 РАЗГОВОР С ЕВФИДЕМОМ О НЕОБХОДИМОСТИ УЧИТЬСЯ

Теперь я расскажу, как Сократ относился к людям, воображавшим, будто они получили хорошее образование, и гордившимся ученостью. Он заметил, что Евфидем Красавец имевший большое собрание сочинений знаменитейших поэтов и философов2, ввиду этого считает себя ученее своих сверстников и лелеет большие надежды затмить всех ораторским талантом и способностью к политической деятельности. Сократ знал, что по молодости лет 3 Евфидем еще пе ходит в Народное собрание, а если желает сделать там какое-нибудь дело, то садится в шорной мастерской близ площади. Туда пошел и Сократ с несколькими своими друзьями.

* Сперва одип из них возбудил вопрос, чему обязан

был Фемистокл таким выдающимся положением в государстве, что все сограждане обращали на пего взоры, когда государству нужен был дельный человек,— общению ли с каким-нибудь ученым или своим природным дарованиям. Сократ, желая вызвать на разговор Евфндема, сказал, что если нельзя сделаться хорошим мастером в пустых ремеслах без порядочного учителя, то было бы наивно воображать, будто способность к делу такой первостепенной важности, как управление государством, приходит к человеку сама собой.

8 В другой раз как-то Евфидем опять был там.

Сократ видел, что он хочет уйти из собрания и опасается, как бы не подумали, что он преклоняется пред умом Сократа. По этому поводу Сократ сказал: Друзья, достигнув совершеннолетия3, Евфидем непременно станет подавать советы согражданам, когда от имени государства будет предлагаться на обсуждение какой-нибудь вопрос4: это вполне видно по его действиям. Мне кажется, он уже приготовил превосходное вступление к своим речам в Народном собрапии, опасаясь, как бы не подумали, что оп чему-то у кого-то учится. Несомненно, оп предпо- 4

шлет своей речи такое предисловие: «Ни у кого никогда ничему не учился я, афиняне, и, хотя слыхал, что есть хорошие ораторы и государственные деятели, я не искал встречи с ними; я не старался также, чтобы какой-нибудь специалист стал моим учителем; нет, как раз наоборот: я всегда не только избегал учиться чему-нибудь у кого-нибудь, по даже боялся, как бы не подумали этого. Тем не менее, что 5

мне само собою придет в голову, то и посоветую вам». Такое предисловие годилось бы и для канди- дата па должность государственного врача5: было бы полезно ему начать речь такими словами: «Ни у кого никогда, афиняне, не учился я медиципе и не искал случая, чтобы какой-нибудь врач стал моим учителем; я всегда не только остерегался научпться чему-нибудь у врачей, но даже боялся, как бы не подумали, что я изучал эту науку. Тем не менее дайте мне должность врача: я попробую учиться на вас». Все присутствовавшие посмеялись над таким предисловием.

в Видно было, что Евфидем уже прислушивается

к словам Сократа, но еще боится сам говорить и думает, что молчанием он придает себе вид скромности. Тогда Сократ решил отвадить его от этого. Странное дело, сказал он: кто выбирает своей 'профессией игру на кифаре или па флейте или верховую езду и тому подобное, тот старается гак можно чаще практиковаться в области избранной им профессии, и притом не в одиночестве, а в присутствии лучших специалистов; он прилагает все усилия и не жалеет трудов, лишь бы не нарушать их советов, находя, что иным путем не может сделаться крупной велпчппой. А некоторые претенденты па роль оратора и государственного деятеля думают, что у них без подготовки и старания сама собою вдруг 7

явится способность к этому. Между тем работа в области государственной деятельности гораздо труднее, чем в области вышеупомянутых профессий,— настолько труднее, что хотя число работающих в этой области больше, число достигающих успеха меньше: отсюда видно, что будущему государственному деятелю нужны и запятпя более продолжительные и более интенсивные, чем будущему специалисту в тех профессиях. 8

Вначале, когда Евфидем стал слушать, Сократ вел такиэ разговоры: но, заметив, что Евфидем охотнее остается во время его бесед и с большим интересом слушает, он пришел один в шорпую мастерскую.

Когда Евфидем сел рядом с ним, он обратился к нему с таким вопросом: Скажи мне, Евфидем, правда ли, как я слышал, что ты собрал много сочинений известных ученых? Да, клянусь Зевсом, Сократ, отвечал Евфидем, я продолжаю собирать, пока не соберу их возможно больше.

9 Клянусь Герой, сказал Сократ, я в восторге от

тебя, что ты предпочел серебру и золоту сокровища мудрости: видно, ты убежден, что серебро и золото не делают человека нисколько лучше, а учение мудрецов обогащает добродетелью того, кто им владеет.

Евфидем рад был слышать такую похвалу: он думал, что Сократ находит правильным избранный им путь к образованию. ю Заметив, что эта похвала обрадовала его, Сократ

продолжал: Какую же специальность ты пзбрал себе, собирая эти книги?

Евфидем молчал, обдумывая ответ.

Тогда Сократ опять спроспл его: Уж пе врачом ли ты хочешь быть? Ведь и по медицине много есть сочинений.

Нет, клянусь Зевсом, отвечал Евфидем.

Уж не архитектором ли? И для этого пужеп умный человек.

Нет, отвечал Евфидем.

Уж не землемером ли каким выдающимся ты желаешь сделаться, вроде Феодора в? спросил Сократ.

Нет, и не землемером, отвечал Евфидем.

Уж не астрономом ли хочешь сделаться? спросил Сократ.

Евфидем и на это отвечал отрицательно.

Уж не рапсодом ли? спросил Сократ. Говорят, у тебя есть все поэмы Гомера.

Нет, клянусь Зевсом, отвечал Евфидем, рапсоды, как мне известно, знают наизусть поэмы, а сами — круглые дураки 7. и Тут Сократ сказал: Уж наверно, Евфидем, ты

стремишься приобрести не те качества, которые делают человека способным заниматься государственными делами и домашним хозяйством 8, быть правителем и приносить пользу другим и себе?

Мне как раз очень нужны такие качества, Сократ, отвечал Евфидем.

Клянусь Зевсом, сказал Сократ, ты стремишься приобрести прекрасные качества и искусство перво- степепной важности: ведь такие качества — принадлежность царей и называются царскими. Не приходил ли тебе в голову такой вопрос, прибавил Сократ: возможно ли иметь эти качества, пе будучи справедливым?

Конечно, приходил, отвечал Евфидем; да без справедливости нельзя быть хорошим гражданином. й2 Что же? Ты, конечно, этого достиг? спросил

Сократ.

Думаю, Сократ, отвечал Евфидем, я пе меньше кого другого окажусь справедливым.

А у справедливых есть какие-нибудь дела, как есть дела у плотников? спросил Сократ.

Конечно, есть, отвечал Евфидем.

И справедливые могли бы рассказать, какие у них дела, как плотники могут показать свои дела? спросил Сократ.

Мне ли не уметь рассказать о делах справедливости? сказал Евфидем. Клянусь Зевсом, также и о делах несправедливостп: немало таких дел каждый день можно видеть и слышать, м Не хочешь ли, предложил Сократ, мы напишем

здесь дельту, а здесь альфу 9? Потом, что покажется нам делом справедливости, то будем ставить в графу с дельтой, а что — делом несправедливости, то в графу с альфой?

Если ты находишь это нужным, пиши, отвечал Евфидем.

и Сократ написал буквы, как сказал, и потом спро

сил: Так вот, существует ли на свете ложь?

Конечно, существует, отвечал Евфидем.

Куда же нам ее поставить? спросил Сократ.

Несомненно, в графу несправедливостп, отвечал Евфидем.

И обман существует? спросил Сократ.

Конечно, отвечал Евфидем.

А его куда поставить? спросил Сократ.

И его, несомненно, в графу несправедливости, отвечал Евфидем.

А воровство?

И его тоже, отвечал Евфидем.

А похищение людей для продажи в рабство10?

И его тоже.

А в графе справедливости ничего из этого у нас не будет поставлено, Евфидем?

Это был бы абсурд, отвечал Евфидем. і* А что, если кто-нибудь, выбранный в стратеги,

обратит в рабство и продаст жителей несправедливого неприятельского города, скажем ли мы про него, что он несправедлив?

Конечно, нет, отвечал Евфидем.

Не скажем ли, что он поступает справедливо?

Конечно.

А что, если он, воюя с ними, будет их обманывать?

Справедливо и это, отвечал Евфидем.

А если будет воровать и грабить их добро, не будет ли он поступать справедливо?

Конечно, отвечал Евфидем, но сперва я думал, что твои вопросы касаются только друзей.

Значит, сказал Сократ, что мы поставили в графу несправедливости, это все, пожалуй, следовало бы поставить и в графу справедливости?

По-видимому, так, отвечал Евфидем. їв Так не хочешь ли, предложил Сократ, мы это так

и поставим и сделаем новое определение, что по отношению к врагам такие поступки справедливы а по отношению к друзьям несправедливы и по отношению к ним, напротив, следует быть как можно правдивее?

Совершенно верно, отвечал Евфидем. 17 А что, сказал Сократ, если какой стратег, видя

упадок духа у солдат, солжет им, будто подходят союзпики, и этой ложью поднимет дух у войска,— куда нам поставить этот обман?

Мне кажется, в графу справедливости, отвечал Евфидем.

А если сыну нужно лекарство и оп не хочет принимать его, а отец обманет его и даст лекарство под видом пищи и благодаря этой лжи сын выздоровеет,— этот обман куда поставить?

Мне кажется, и его туда же, отвечал Евфидем.

А если кто, видя друга в отчаянии и боясь, как бы он не наложил на себя руки, украдет или отнимет у него меч или другое подобное оружие,— это куда поставить? И это, клянусь Зевсом, в графу справедливости, отвечал Евфидем. is Ты хочешь сказать, заметил Сократ, что и

с друзьями не во всех случаях надо быть правдивым?

Конечно, нет, клянусь Зевсом; я беру назад свои слова, если позволишь, отвечал Евфидем.

Да, сказал Сократ, лучше позволить, чем стагить ю не туда, куда следует. А когда обманывают друзей ко вреду их (не оставим и этого случая без рассмотрения), кто несправедливее,—кто делает это добровольно или кто невольно?

Ах, Сократ, я уже не верю больше сам в свои ответы, потому что все, что я раньше говорил, мне представляется теперь в другом свете, чем я тогда думал,— но все-таки ответ мой будет, что добровольный лжец несправедливее невольного. 20

Л как ты думаешь, существует изучение и знание справедливого, как грамоты?

Да.

А кого ты считаешь более грамотным,— кто добровольно пишет и читает неправильно или кто невольно?

Кто добровольно, потому что он может, когда захочет, делать это и правильно.

Значит, кто добровольно пишет неправильно, тот грамотный, а кто невольно,— безграмотный?

Как же иначе?

А справедливое кто знает,— добровольный лжец н обманщик или невольный?

Несомненно, добровольный.

Итак, знающий грамоту, по твоим словам, грамотнее не знающего? Да.

И знающий справедливое справедливее не знающего 12?

Очевидно; но, кажется, и это я говорю, сам не зная, как дошел я до этого утверждения. 21

А что, если человек, желающий говорить правду, никогда не говорит одного и того же об одном и том же? ІІаиример, если ои, указывая одпу и ту же дорогу, указывает ее то на восток, то на запад? Или, подводя итог, показывает в нем то больше, то меньше? Что гы думаешь о таком человеке?

Клянусь Зевсом, несомненно, он не знает того, что, как он думал, знает.

22 А известно ли тебе, что некоторых людей называ

ют рабскими натурами 13?

Да.

За знание или за незнание?

Несомненно, за незнание.

Что же, за незнание кузнечного дела они получают это название?

Конечно, нет.

Ну, так плотнического?

И не за это.

Ну, сапожного?

Ни за что подобное; наоборот, огромное большинство знающих такие ремесла — рабские натуры.

Так не к тем ли прилагается это название, кто не знает прекрасного, доброго, справедливого?

Мне так кажется, отвечал Евфидем.

28 Значит, всячески, изо всех сил надо стремиться

к тому, чтоб нам не быть рабами 14.

Клянусь богами, Сократ, сказал Евфидем, я был уверен, что пользуюсь методом, который всего больше может способствовать образованию, подходящему для человека, стремящегося к нравствеппому совершенству.

Теперь вообрази себе мое отчаяпие, когда я вижу, что мои прежние труды не дали мне возможности отвечать даже на вопрос из той области, которая должна быть мне наиболее известна, а другого пути к нравственному совершенству у меня нет!

24 Тут Сократ спросил: Скажи мне, Евфидем,

в Дельфы ты когда-нибудь ходил?

Даже два раза, клянусь Зевсом, отвечал Евфидем.

Заметил ты на храме где-то надпись: «Познай самого себя» 15?

Да.

Что же, к этой надписи ты отнесся безразлично или обратил на нее внимание и попробовал наблюдать, что ты собою представляешь?

Конечно, нет, клянусь Зевсом: я воображал, что это-то уж вполне знаю: едва ли я знал бы что-нибудь еще, если бы не знал даже самого себя. 25 Как ты думаешь, кто знает себя,— тот ли кто знает только имя свое, или тот, кто узнал свои способности, делая наблюдения над собой, какими он обладает качествами для того, чтобы пользоваться людьми, подобно тому, как при покупке лошадей покупатель только тогда считает себя знающим лошадь, которую он хочет узнать, когда произведет наблюдения над ней,— смирная она или с норовом, сильная или слабая, быстрая или медленная и вообще каковы ее свойства, положительные и отрицательные, касающиеся пользования лошадыо? Таким 26

образом, кажется мне, кто не зпает своих слабостей, не знает себя. А то разве не очевидно, продолжал Сократ, что знание себя дает людям очень много благ, а заблуждение относительно себя — очень много несчастий. Кто знает себя, тот зпает, что для пего полезно, и ясно понимает, что он может и чего оп пе может. Занимаясь тем, что знает, оп удовлетворяет свои нужды и живет счастливо, а пе берясь за то, чего не знает, не делает ошибок и избегает несчастий. Благодаря этому он может определить ценность также и других людей и, пользуясь также ими, извлс- 27

кает пользу и оберегает себя от несчастий. Напротив, кто пе зпает себя и имеет ошибочное представление о своих способностях, тот находится в таком же положении и по отношению ко всем людям и ко всем человеческим делам: он не знает своих нужд, не попимает, что делает, не знает людей, с которыми имеет дело, а обо всем этом имеет превратное понятие и чрез это пе получает пользы и впадает в не- 28

счастия. Кто знает, что делает, тот, благодаря успеху в делах, достигает славы и почета; люди, подобные ему, охотно имеют с ним дело, а неудачники желают, чтоб он помогал им советом, защищал их, возлагают на него свои падежды на счастье и за все 29

это ценят его выше всех. Напротив, кто пе знает, что делает, не умеет выбрать себе занятия, терпит неудачу во всем, за что ни возьмется, и не только за самое предприятие подвергается штрафу и личному наказанию, но также получает дурную репутацию за это, попадает в смешное положение и живет в презрении и бесчестии. Как видишь, и государства, которые, не зная своих сил, начинают войну с сильны- ми противниками, или подвергаются разрушению, или попадают в рабство после прежней свободы. 30

Тут Евфидем сказал: Я вполне убедился, Сократ, что познавать себя — дело первостепенной важности,— в этом будь уверен; но с чего начать наблюдение за собой? Надеюсь, ты будешь так добр, объяснишь мне это. 31

Так вот, отвечал Сократ, что такое добро и зло, думаю, ты знаешь в совершенстве.

Клянусь Зевсом, да, отвечал Евфидем, уж если я и этого не знаю, я был бы хуже всякого раба.

Ну, так объясни это и мне, сказал Сократ.

Не мудрено это, отвечал Евфидем: прежде всего, само здоровье я считаю добром, а болезнь злом; а затем из предметов, являющихся причиной того или другого, как, например, шитье, пища, образ жизни, те, которые ведут к здоровью, я считаю добром, а которые к болезни,— злом. 32

Значит, также и здоровье и болезнь, когда они являются причиной какого-нибудь добра, будут добром, а когда причиной зла,— злом, сказал Сократ.

Но когда же, возразил Евфидем, здоровье может стать причиной зла, а болезнь — добра?

Тогда, клянусь Зевсом, отвечал Сократ, когда люди, принявшие участие благодаря своей силе в каком-нибудь позорном походе, вредном морском предприятии и тому подобном, погибают, а оставшиеся дома по случаю слабости бывают целы.

Верно, согласился Евфидем, однако, как видишь, и в полезных предприятиях одни принимают участие благодаря своей силе, другие по случаю слабости остаются дома.

Если так, отвечал Сократ, то на каком основании такие вещи, которые то полезны, то вредны, считать добром, а не злом? Клянусь Зевсом, никакого основания для этого не видать: так по-твоему выходит.

83 Ну, уж ум, Сократ,— бесспорно, благо: разве есть

такое дело, которое умный не сделает лучше, чем невежда?

Как так? сказал Сократ. А историю с Дедалом 16 разве ты не слыхал, как его захватил Минос за его ум, сделал своим рабом, лишив при этом и родины и свободы, как Дедал при .попытке к бегству вместе с сыном потерял сына, да и сам не мог спастись, а его занесло ветром к варварам, и он там опять служил рабом?

Да, клянусь Зевсом, есть такой рассказ, отвечал Евфидем.

А что вытерпел ГІаламед п, не слыхал? Про него все поэты говорят, что Одиссей погубил его из зависти к его уму.

Да, и такой рассказ есть, отвечал Евфидем.

А сколько других, как ты думаешь, насильно уведено к персидскому царю вследствие их ума, и им пришлось быть там в рабстве? 34

Вполне несомненное благо, Сократ, это, по-видимому, счастье, сказал Евфидем.

Да, Евфидем, отвечал Сократ, если не составлять его из сомнительных благ.

А что может быть сомнительным из того, что дает счастье? спросил Евфидем.

Ничего, отвечал Сократ, если только мы по будем относить к нему красоту, силу, богатство, славу и тому подобное.

Нет, клянусь Зевсом, будем относить, отвечал Евфидем: какое же счастье может быть без этого? 35

Значит, клянусь Зевсом, отвечал Сократ, мы будем относить к счастью много такого, что доставляет людям массу неприятностей: многие вследствие красоты развращаются людьми, которые сходят с ума от страсти к красивым мальчикам; многие вследствие силы берутся за дело, превышающее их силу, и впадают в немалые несчастия; многие вследствие богатства становятся избалованными, делаются жертвой интриг и погибают} многие вследствие славы и влияния в государстве терпят большие беды.

86 Но уж если с моей стороны является ошибкой

хвалить даже счастье, то, признаюсь, я не знаю даже, о чем молиться богам, сказал Евфидем.

Ну, об этом, может быть, ты и не размышлял,— вполне был уверен, что знаешь это, сказал Сократ. Но так как ты готовишься быть во главе демократического государства, то, без сомнения, знаешь, что такое демократия.

Еще бы не знать! отвечал Евфидем.

»7 Так, возможно ли, по-твоему, знать демократию,

не зная демоса?

Клянусь Зевсом, нет.

А демос что такое, знаешь ты?

Думаю, что знаю.

Что же такое, по-твоему, демос?

По-моему, это — бедные граждане.

Стало быть, ты знаешь бедных?

Как же не знать?

Так, ты знаешь и богатых?

Ничуть не хуже, чем бедных.

Каких же людей называешь ты бедными и каких богатыми?

У кого нет достаточных средств на насущные потребности, те, думаю,— бедные, а у кого их больше чем достаточно, те — богатые.

98 А замечал ли ты, что некоторым, при самых

ничтожных средствах не только хватает их, по еще возможно делать сбережения из них, а пекоторым недостает даже очень больших?

Да, клянусь Зевсом, отвечал Евфидем,— хорошо, что ты мне напомнил,— я знаю даже тираннов 18, которые по недостатку средств, точпо крайние бедняки, вынуждены бывают прибегать к незаконным мерам.

89 Если это так, отвечал Сократ, то тираннов мы

причислим к демосу, а владеющих небольшими средствами, если они домовиты,— к богатым.

Тут Евфидем сказал: вынуждает меня и с этим согласиться, очевидно, мое скудоумие; и я думаю, не лучше ли всего будет мне молчать: по-видимому, я ровно ничего не знаю.

После этого Евфидем ушел в совершенном отчаянии, полный презрения к себе, считая себя подлинно рабской натурой.

*о Многие, доведенные до такого состояния Сокра том, больше к нему не подходили; Сократ считал их тупицами. Но Евфидем сообразил, что ему нельзя стать сколько-нибудь известным, если он не будет как можно чаще пользоваться обществом Сократа; поэтому он больше не отходил от него, кроме случаев крайней необходимости; кое в чем он даже подражал Сократу в его образе жизни. Когда Сократ убедился в таком его настроении, ои уже перестал смущать его разными вопросами, но вполпе прямо и ясно излагал, что, по его мнению, следует зпать человеку и чем дучше всего руководиться В СВОИХ действиях.

<< | >>
Источник: Ксенофонт. Воспоминания о Сократе / Авторский сборник / Издательство: Наука / Серия: Памятники философской мысли. 1993

Еще по теме Глава 2 РАЗГОВОР С ЕВФИДЕМОМ О НЕОБХОДИМОСТИ УЧИТЬСЯ:

  1. Глава 3 РАЗГОВОР С ЕВФИДЕМОМ О БОГАХ
  2. Глава 7 РАЗГОВОР С ХАРМИДОМ О НЕОБХОДИМОСТИ ЗАНИМАТЬСЯ ОБЩЕСТВЕННЫМИ ДЕЛАМИ 1
  3. Глава 6 РАЗГОВОР С ГЛАВКОНОМ О НЕОБХОДИМОСТИ СООТВЕТСТВУЮЩЕГО ОБРАЗОВАНИЯ ДЛЯ ГОСУДАРСТВЕННОГО ДЕЯТЕЛЯ
  4. Речевой этикет делового разговора ДЕЛОВОЙ РАЗГОВОР КАК ОСОБАЯ РАЗНОВИДНОСТЬ УСТНОЙ РЕЧИ
  5. УЧИТЬСЯ ИСКУССТВУ ТОРГОВЛИ
  6. Джейсон и Андреа продолжают учиться
  7. Глава 4 РАЗГОВОР О ДРУЗЬЯХ
  8. Глава 3 РАЗГОВОР ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ ГИППАРХА
  9. Учиться никогда не поздно, начните прямо сейчас
  10. Глава 1 РАЗГОВОР С ДИОНИСОДОРОМ ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ СТРАТЕГА
  11. Глава 2 РАЗГОВОР ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ СТРАТЕГА
  12. Глава 11 РАЗГОВОР С ФЕОДОТОЙ О ДРУЗЬЯХ 1
  13. Глава 4 РАЗГОВОР С ГИППИЕМ О СПРАВЕДЛИВОСТИ
  14. Глава 6 РАЗГОВОР СОКРАТА С СОФИСТОМ АНТИФОНТОМ
  15. Глава 5 РАЗГОВОР С ПЕРИКЛОМ-СЫНОМ ОБ АФИНЯНАХ 1
  16. Глава 2 РАЗГОВОР С ЛАМПРОКЛОМ О ПРИЗНАТЕЛЬНОСТИ К РОДИТЕЛЯМ