Эстетигеская идея, по Канту

, есть представление, «которое само по себе дает повод так много думать, что это никогда нельзя выразить определенным понятием, стало быть, эстетически расширяет само понятие до бесконечности, ...воображение при этом действует творчески и приводит в движение способность [создавать] интеллектуальные идеи (разум), а именно, чтобы, когда возникнет то или иное представление, мыслить больше...
чем может быть воспринято и выяснено в нем» [Кант, с. 331], «следовательно, позволяет прибавить к этому понятию много неизреченного» [Кант, с. 333]. Таким образом, гений стоит перед задачей создать особо сложное представление (сравнительно с представлениями в науке): построить предмет для созерцания так, чтобы он сам стал источником бесконечной деятельности познавательных способностей в эстетической рефлексии, пределом которой является достижение нравственной идеи разума. Специфика прекрасного заключается в его двойственной природе: он есть представление, данное для созерцания как основа рефлексии, и одновременно то, что возникает в процессе созерцания — содержание рефлексии. О том, что эстетическая рефлексия не представляет у Канта хаотического и произвольного движения частичных представлений, а как бы «запрограммирована» в эстетической идее, свидетельствует его важное замечание о свободе познавательных способностей «от закона ассоциации, свойственного их эмпирическому применению» [Кант, с. 331]. Эстетическая идея имеет, таким образом, как бы «мерцающую» структуру: некоторое позитивное содержание — эмпирически данное представление, которое предполагает еще содержание потенциальное, актуализируемое в эстетической рефлексии и подводящее к нравственной идее. Творчество гения не подчинено никаким правилам, в отличие от просветителей утверждает Кант, напротив, гений сам дает правила искусству. Поэтому созиданию эстетических идей научить с помощью определенных понятий невозможно, но можно показать, каким образом браться за дело. Отношение между мастером и учеником подчинено принципам автономности и преемственности в творчестве. Итак, суждение вкуса о прекрасном в искусстве имплицитно заключает в себе возможность перехода при эстетическом созерцании от представления, лежащего в сфере предметно-понятийной деятельности рассудка, к нравственной идее разума. По аналогии с созерцанием эстетической идеи в произведении искусства, вкус использует его навыки, чтобы рассматривать и предметы природы так, как «если бы» они выражали эстетические идеи, т. е. видеть красоту в природе. «Красотой вообще (все равно, будет ли она красотой в природе или красотой в искусстве) можно назвать выражение эстетических идей» [Кант, с. 337]. Следует отметить, что кантовская аналитика гения чрезвычайно лаконична.
Вопрос о соотношении гения и вкуса в эстетике Канта остается недостаточно освещенным. В самом общем виде, можно сказать, речь идет о единстве противоположностей. Гений, будучи продуктивной способностью, оперируя материалом, завершает произведение, когда его произведение получает законченную форму, т. е. движется от содержания к форме. Вкус, репродуцирующий эстетическую идею, заключенную в произведении искусства, воспроизводит ее, опираясь сначала на данную форму произведения, а через нее приобретает и содержание. Воспринятая художественная форма становится и образцом суждения о природе: вкус в какой-либо форме предмета «узнает» форму известного произведения искусства (по аналогии использует схему воображения) и по ней репродуцирует содержание, близкое содержанию художественного произведения, которому эта форма принадлежала, т. е. движется от формы к содержанию. Кантовский анализ гения завершается поэтому признанием содержательности вкуса, и отнесение его эстетики к началу формализма отнюдь не представляется обоснованным. Эстетическая идея образует, таким образом, особую область между рассудком и разумом, не захватывающую их территорию: от предмета внешних чувств, который дан не для установления определенного понятия о нем — не для познания, до неопределимой теоретически нравственной идеи. Красота — это символ нравственности. Двойственное содержание эстетической идеи объясняло диалектику самого эстетического суждения, которую Кант формулирует в виде антиномии вкуса, переводившей в научный план вопрос о том, спорят ли о вкусах. 1. Тезис антиномии у Канта гласит: «Суждение вкуса не основывается на понятиях, иначе можно было бы о нем диспутировать...» 2. Антитезис. «Суждение вкуса основывается на понятиях, иначе, несмотря на их различие, нельзя было бы о них даже спорить...» [Кант, с. 359] Кант разрешает антиномию вкуса разъяснением различного смысла понятия в тезисе и антитезисе. «Понятие первого вида — это рассудочное понятие, оно определяется предикатами чувственного созерцания, которое может ему соответствовать; второй же вид — это трансцендентальное понятие разума о сверхчувственном, которое лежит в основе всякого чувственного созерцания и которое, следовательно, далее не может быть определено теоретически» [Кант, с. 359]. Разрешением антиномии вкуса Кант снимал противоречие между рационализмом и эмпиризмом: вкус основан на сверхчувственном понятии разума и имеет своим предметом эстетическую идею, которая в силу своего чувственного характера вызывает иллюзию возможности ее определения в понятиях, но, оставаясь идеей, этому определению недоступна.
<< | >>
Источник: Отв. ред. В. В. Прозерский, Н. В. Голик. История эстетики: Учебное пособие. 2011

Еще по теме Эстетигеская идея, по Канту:

  1. Идеи. Идея души. Идея мира. Идея Бога
  2. Глава 9 История приходит к Канту
  3. 12. Космическая память, идея Кармы и идея будущих возможностей развития
  4. БЕЛОРУССКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕЯ И РУССКАЯ ИДЕЯ: КОНЦЕПТЫ И ПРАКТИКА В.А. Мельник
  5. Идея
  6. ИДЕЯ ПОЗНАНИЯ
  7. I. Идея жизни
  8. Абсолютная идея
  9. А. ИДЕЯ ИСТИННОГО
  10. ГЛАВА ПЯТАЯ ИДЕЯ ВСЕЕДИНСТВА
  11. В. ИДЕЯ БЛАГА
  12. Идея всеединства
  13. 3. ИДЕЯ КУЛЬТУРЫ
  14. 69. ИДЕЯ СВЕРХЧЕЛОВЕКА У Ф.НИЦШЕ
  15. ИДЕЯ — МЫСЛЬ РАЗУМА
  16. V. Есть ли идея переселения душ в христианстве?
  17. ИДЕЯ РЫНКА
  18. Идея познания
  19. 38. РЕКЛАМНАЯ ИДЕЯ И СТРАТЕГИЯ
  20. Историософия и русская идея