Интерпретация рациональности в историографии Просвещения.

Неисторический подход к человеческой природе тесно связан и с неисторическим подходом к человеческом/ разуму. Подняв "авторитет ума* на небывалую сысоту, просветители полагали, что его подлинная структура наиболее адекватно представлена в строгом, обоснованном, очевидном знании - математике.
За культом разума скрывалось картезианская по своим истокам, рационалистическая гносеология: достоверное знанье - это знание, однозначно и строго вытекающее из совершенно ясных и очевидных исходных положений. Но рационализм у просветителей соединялся с сенсуализмом. В ХУШ в. суверенитет разума мыслится по образу и подобию математического анализа, а сенсуалистическое обоснование науки апеллировало к эксперименту как критерию истины. Ориентация па математику характерна не,только для гносеологии, но и для соци ологии просветителей. Именно с математикой они связывали осуществление в будущем перестройки всех отраслей знания, в том числе социальных и моральных наук, возможность создания социальной науки, очищенной от ложных оснований, строго доказательной и не допуск-нощей никаких гипотетических допущений. Культ разума неизбежно вел к культу математики с ее идеалами строгости, доказательности, очевидности знания. При', математическое значие, выдвигавшееся в -гот период в лидеры всех наук, нередко отождествлялось с его некоторыми отраслями, преимущественно с аналитической геометрией и математическим анализом.

Гара и Кабакис, издавая "Эскиз гсторической картины прогресса человеческого разума’ Кондоре?, писали в предисловии: *В настоящей работе суеверие получило р?шител- чые удары, меюды математических наук, примененные к новым объектам, открыли новые перспективы политическим и моральным наукам; испытанные принципы социального счастья получили развитие и выражение в досс :е неизвестной форме”16.

Д’Аламбер, противопоставляя ’достоверность опыта* и "достовсрносгь допущения", выявляет иерархию различных видов достоверности в самой математике: "Многие отделы математики, опирающиеся или на физические принципы, т.е. на опытные истины, или же на простые гипотезы* обладают, так сказать, лишь достоверностью опыта или даже достоверностью чистого допущения. Строго говоря, обладающими полной очевидностью можно считать только те отделы математики, которые имеют дело с исчислением ВЛПИ'ЖН и с общими свойствами пространства: таковы алгебра, геометрия и механика. Даже и здесь в степени ясности, которую наш ум находит в этлх науках, можно заметить своею рода градацию и, если межно так выразиться, те или иные оттенки. Чем шире тот предмет, который ими обнимается, и чем более обиде и абстрактна та форма, в которой он в них рассматривается, тем больше их принципы избавлены от неясностей и тем более они доступны для понимания"17. Тюрго в лекции, прочитанной в Сорбонне в 1750 г., не только противопоставляет математику и опытные науки, но и показывает эвристическую ценность математики д,1Я опытного знани..

’В математике ум выводит последовательно одно из другого цепь предположений, справедливость которых доказывается их взаимоотношением.

Не так обстоит дело в других науках, где познание истины рождается не из сравнения идей между собой, но из их соответствия с рядом реальных фактов, служащих для ее открытия и утверждения"18. Этот подход, подчеркивающий ценность опыта, дополняется утверждением связи опытного знания с развитием его исходных принципов. "Математические истины, становящиеся с каждым днем все более плодоносными, дают возможность строить более обширные и более точные гипотезы, указывают новые опыты, которые в свою очередь выдвигают новые неразрешимые проблемы"19.

Кондорсэ также подчеркивал связь рагцтоналисги- чески-матемэтической и опытно-экспериментальной ориентации научпого знания, причем методы математики, особенно геометрии, интерпретировались им как методы построения науки в целом: "Многие геометры предложили общие методы, позволяющие на основании наблюдений находить эмпирические законы явлений, методы, которые распространяются на все науки™"20. Просветители: связывая прогресс наук с прогрессом разума, способного овладеть эмпирическими загонами и поднимать их по уровню достоверности до "высшей достоверности* математики, представили своеобразную концепцию научной рациональности, которая отождествлялась ими с усилением аксиоматизации науки, что и позволяет придать эмпирическим законам однозначный и достоверный характер, однозначно вывести следствия из неких ~щих физических законов.

Механика стала парадигмой леей науки, сначала механика Ньютона, затем аналитическая механика Лагранжа, кот рый стремился объединить и осветтть с сди- I. эй точки зрения различные принципы механики. Развитие науки трактовалось как все более полное применение принципов мехаьики к другим областям знания, к другим, более сложным объектам исследования. В противоборстве физики Декарта и физики Ньютона, развернувшемся в середине XV Ш в. и закончившемся угвержде 'чем программы Ньютона в качестве парадигмы науки ХУШ в.21, был затронут ьопрос об исходных принципах ньютоновой системы мира. Для Просвещения характерна апология теории Ньютона, на которой, по сути дела, основывалась вся их гносеология и историография науки.

Известно, что многие из них (например, Вольтер) были не просто пропагандистами ньютоновской механики, но и учеными, пытавшимися приложить ее принципы и методы в познании более сложных объектов, в других отраслях науки (психологии и др.).

Эта тенденция синтеза математически понимаемой рациональности с опытно-экспериментальной ориентацией в теории науки выражены, например, в похвальном слове П.Флуренса, посвященном Кювье, где он проводил мысль о том, что заниматься историей науки означает экспериментировать над человеческим Духом, предлагать экспериментальную теорию челоьеческого разума.

<< | >>
Источник: А. Л. Огурцов. Философия науки эпохи Просвещения. 1993

Еще по теме Интерпретация рациональности в историографии Просвещения.:

  1. Иг>ея прогресса >’аэума как основа историографии Просвещения.
  2. Интерпретация исторического времени в Просвещении.
  3. 10.7. РАЦИОНАЛЬНОСТЬ ПО ЦЕННОСТИ КАК ВЫСШИЙ ТИП РАЦИОНАЛЬНОСТИ В ПОЛИТИКЕ
  4. Рациональный смысл философской рациональности
  5. ИСТОЧНИКИ И ИСТОРИОГРАФИЯ
  6. Глава 1 Историография и источники
  7. Историография
  8. Вернадский Г.В.. Русская историография, 1998
  9. Глава 2 Марксизм и отечественная историография о Востоке
  10. ОЧЕРКИ ПО РУССКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ 1801-1920 гг.
  11. Л. H. Фурсова ИСТОРИОГРАФИЯ ЭТНИЧЕСКОЙ ИСТОРИИ КАНАДЫ
  12. 1.1. Историография
  13. Марксистская историография
  14. Т n4DQ 1 ИСТОРИОГРАФИЯ
  15. ИСТОРИОГРАФИЯ ВОПРОСА
  16. РАЗРАБОТКА ПРОБЛЕМ КУЛЬТУРЫ И ЦИВИЛИЗАЦИИ В ЗАРУБЕЖНОЙ И ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ИСТОРИОГРАФИИ
  17. III. Историография
  18. ГЛАВА 1 Проблема рецепции римского права в России: историография вопроса