загрузка...

Рекомбинация компетенций сообщества как ресурс экономического развития


Куда идти: спор двух стратегий развития Для многих российских регионов сегодня возникает проблема выбора траектории экономического развития. Можно остаться в русле прежней, сложившейся за десятилетия индустриального времени, облагородив ее выпуском новых видов продукции с большей добавленной стоимостью, проведя интеллектуальную модернизацию прежних производств. Это одна стратегия. Назовем ее инерционной.
Есть другой путь - радикальной смены прежней колеи, поиска новой экономической специализации на абсолютно новых видах экономической деятельности. Назовем эту траекторию стратегией инновационного прорыва.
В чем-то эту ситуацию можно сопоставить с положением в 1930-е гг., когда многие аграрные регионы СССР стояли перед выбором сохранения (консервации) прежней или обретения принципиально новой промышленной специализации. Однако представляется, что нынешний выбор регионов даже труднее, потому что 80 лет назад еще не было создано такого количества материальных активов, как сегодня. А ведь эти активы неизбежно затрудняют радикальную ломку экономической траектории, способствуют инерционной консервации сложившегося направления и многочисленным ментальным (институциональным) и реальным блокировкам развития, связанным с негибкостью созданной в индустриальное время промышленной инфраструктуры и основных производственных фондов.
Иногда ошибочно выход из дихотомии «инерционная зависимость от прежней траектории развития или стратегия инновационного прорыва» видят в простой диверсификации видов экономической деятельности региона: вот была раньше аграрная специализация, добавим теперь автомобилестроение, приборостроение, и регион сможет успешно ответить на новые вызовы глобализации, инновационного развития и постиндустриальной трансформации. Однако представляется, что вопрос здесь состоит не просто в механическом добавлении новых видов экономической деятельности, пусть даже самых продвинутых. Вопрос в том, как существующие компетенции местного сообщества должны быть переинтерпретированы, рекомбинированы с новыми, чтобы успешно привить на местной почве новые виды экономической деятельности и специализации. Это творческий процесс, далекий от простого механического сложения (добавления) новых местных специализаций.

Аналогичный трудный выбор стоит сегодня перед аграрной житницей России - Алтайским краем. Первый вариант - остаться в прежней колее статусного аграрного региона России, обратив основные усилия на интенсификацию, модернизацию профильного производства, переборов многолетнюю стагнацию показателей агроэффективности (в виде низкой урожайности зерновых и продуктивности молочного и мясного стада крупного рогатого скота). В этом сценарии наращивания добавленной стоимости по аграрной цепочке немало перспективных, интересных направлений для совместных усилий краевой, федеральной и местной власти, местного и российского бизнес- сообщества, местных предпринимательских структур. Возможна и желательна диверсификация продукции пищевой промышленности - например, производство обогащенных витаминами продуктов детского питания из зерновых культур на молочной и безмолочной основе. Необходима нейтрализация барьеров высоких транспортных тарифов путем вывоза не зерна, не муки, а аграрной продукции предельно высокой степени переработки. Современные усилия краевой власти, в первую очередь проект «Алтайское Приобье», приоритетно сориентированы именно на этот сценарий.
Но есть и другой путь развития края. В чем суть этой, альтернативной, позиции? В развитии на Алтае новых, несельскохозяйственных производств. На первый взгляд она кажется странной. Да, в Алтайском крае беспрецедентный для большинства российских регионов процент сельских жителей (46 %) (в три раза выше, чем в среднем по России), доля сельского хозяйства в ВРП - более 14 %. Здесь работает пятая часть всех занятых в краевой экономике.
Однако эта отрасль для края приносит несопоставимо мало по сравнению с объемом производства и налоговыми поступлениями в местный бюджет (отрасль кормит в физическом смысле, но очень слабо кормит в финансовом плане). Работник пищевой промышленности, хотя и вырабатывает почти в полтора раза больше, чем в среднем по краевой промышленности, получает зарплату на четверть ниже. Еще в большей степени невыгодные соотношения «отрасль-край» характерны для сельского хозяйства. Доля сельского хозяйства в валовой добавленной стоимости края всегда ниже, чем его доля в занятости, что означает хронически более низкий уровень производительности труда каждого работника, чем в среднем по краю. В том нет исключительной вины алтайского работника или алтайской власти - просто дисперсные отрасли почти всегда проигрывают «концентрированным» городским отраслям в показателях эффективности (например, в производительности труда).
Получается, что чем мощнее будет аграрная специализация края, тем дальше будет регион от своих промышленных соседей по уровню жизни, по душевому ВРП и другим важнейшим результатным экономическим показателям. Развивая сельское хозяйство, даже поднимая эффективность его, край все равно будет отставать от промышленных соседей, у которых производительность труда за счет возможностей концентрации деятельности, меньшей

зависимости от природных условий, большей капиталоемкости будет все равно выше.
Пример. Интенсивная и экстенсивная «сельскость»: Курская область и Алтайский край
Гипертрофированная роль сельского хозяйства в развитии Алтайского края становится очевидной при сопоставлении края с другими сельскохозяйственными регионами страны - например, Курской областью. И та, и другая территория - важные производители сельскохозяйственной продукции. Однако в Курской области в силу ее центрального положения сельское хозяйство погружено в атмосферу интенсивно освоенного пространства - с густой сетью дорог и населенных пунктов, с близкими источниками инвестиций (так, например, крупнейший потребитель зерна в Курской области - ОАО «Стойленская нива» - в свою очередь, был создан при участии Стойленского ГОКа соседней Белгородской области). Местное сельское хозяйство получает позитивные экстерналии от сосуществования на одной территории с интенсивно развивающейся промышленностью. В итоге для Курской области характерна «интенсивная сельскость», т. е. здесь все «интенсивные» показатели - подушевой ВРП, подушевые доходы, густота дорог и др. оказываются лучше, чем в Алтайском крае, состояние которого в целом можно охарактеризовать как «экстенсивную сельскость».
Таблица 46
Сравнительная характеристика Алтайского края и Курской области по базовым экономическим индикаторам277


Курская область

Алтайский край

1. Размер и экстенсивность
Численность населения (перепись 2010 г.), млн. чел.

1,127

2,420

Экономически активное население 1.01.11, тыс. чел.

582,2

1276,4

ВРП -2010 г., млрд. руб.

192,4

299,7

Подушевой ВРП, тыс. руб.

170,5

123,7

Денежные доходы 2009 г. подушевые, тыс. руб.

12,6

9,6

Густота автомобильных дорог общего пользования с твердым покрытием, км на 1000 кв.км, 2010 г.

244

91

2. Структура ВРП (качество), %
Обрабатывающие производства
/>16,0
19,7

Сельское хозяйство, охота, лесное хозяйство

10,2

18,2

Оптовая и розничная торговля

10,2

19,0

Транспорт и связь

10,5

7,8

Добыча полезных ископаемых

12,2

0,9

277 По данным Росстата.





Область-житница, в которой параллельно развиты разные виды экономической деятельности, живет в целом заметно лучше, чем край, аграрный по преимуществу.
Так что же делать, как выбраться из этой ловушки аграрной бедности и неэффективности? Мало просто облагораживать прежнюю аграрную специализацию новыми этажами переработки, мало спорить об эффективности той или иной формы господдержки агросектора и ее размерах. Решения проблемы радикального повышения эффективности местной экономики в рамках сложившейся, пусть и улучшенной, специализации нет и быть не может!
Необходимо фундаментальное изменение структуры видов промышленной и сервисной деятельности краевой экономики. Например, значительный потенциал имеет расширение и рост видов деятельности обрабатывающей промышленности, которая в Алтайском крае дает около 85 % всего промышленного производства и тоже пока имеет «околоаграрный» характер: треть обрабатывающей промышленности - это пищевая (мукомольно-крупяная, макаронная, молочная). Для обрабатывающей промышленности, в отличие от сельского хозяйства, наоборот, все последние годы характерно превышение ее доли в валовой добавленной стоимости над показателями по занятости на пять-шесть процентных пунктов (в 2009 г. 19 и 14 %). Это означает, что здесь производительность труда работника выше средней по краю.
Как показывает развитие Алтайского края в последние два десятилетия (с начала радикальной экономической реформы в России), местная экономика спонтанно, порой вопреки официально утвержденным приоритетам регионального развития, начинает разворачиваться именно в этом направлении. Огромную роль в этом новом процессе отхода от прежней аграрной специализации играет малый бизнес, конверсия на оборонных предприятиях и масштабный процесс творческой рекомбинации старых компетенций внутри стартапов, спиноффов и спинаутов. Результатом стало рождение новых компетенций, а на их основе - и новых видов экономической деятельности в краевой экономике.
Сопоставление Алтайского края с другими российскими регионами позволяет заключить, что здесь этот процесс реструктуризации идет исключительно динамично и успешно. И тем более обидно, что идет он нередко вопреки основному вектору усилий региональной власти. Насколько же успешнее он бы шел, если бы спонтанно нащупываемая траектория нового развития пользовалась поддержкой власти, была синхронизирована с ее усилиями!
Возникает вопрос: а какие же особенности Алтайского края определили успех «спонтанной» экономической трансформации в последние 20 лет?

Специфика Алтайского края с точки зрения трех слагаемых реструктуризации - малого бизнеса, конверсии и комбинаторики компетенций
В Алтайском крае проживает около 2,5 млн чел., занято в экономике около млн. чел. Доля городского населения исключительно мала по сравнению со многими другими регионами России - менее 55 %. По численности занятых промышленный сектор Алтайского края сопоставим с аграрным. Внутренний рынок края очень мал ввиду низких подушевых доходов населения (последние годы не более 60 % среднероссийского уровня) и малых инвестиционных ресурсов местных предприятий.
Некорпоративная диверсифицированная малая региональная экономика с сельской спецификой и нецентральным экономико-географическим положением, без феодального слоя освоения - так можно лаконично сформулировать основную специфику местной экономики. При этом специфика позднего сельскохозяйственного освоения края, приведшая к его экстенсивной «пере- реаграризации» на протяжении XX в., в современных условиях способна неожиданным образом помочь ему в радикальной реструктуризации, переспециализации его экономики.
Почва для малого бизнеса. В крае нет крупных корпоративных структур как в аграрном, так и в промышленном секторе. Региональная экономика сложена в основном средними и малыми предприятиями. Например, десять ведущих налогоплательщиков края включают местные филиалы ОАО Российские железные дороги, Сбербанка, региональную дочернюю структуру ОАО Новолипецкий металлургический комбинат, алтайское подразделение ОАО Сибирьтелеком и несколько промышленных предприятий. Их совокупный вклад в консолидированный бюджет края составил в 2010 г. около 20 % (т. е. каждый по 2 % в среднем). Доля поступлений от малого и среднего бизнеса в налоговых доходах края в 2007-2010 гг. была немногим меньше.
В структуре промышленного производства края (обеспечивает 37 % налоговых отчислений в бюджетную систему края, 36 % оборота организаций края, более 21 % основных фондов, около 20 % ВРП и общей занятости) доминируют те виды деятельности, которые в целом по стране медленнее и слабее корпоративизируются. Даже в трех монопрофильных городах - Ново- алтайск, Заринск и Алейск - градообразующие предприятия не представляют собой головных структур крупных федеральных холдингов: в двух городах они относится к классу средних или крупных предприятий местного значения Новоалтайск («Алтайвагон»), Алейск («Зернопродукт»), а в Заринске действует дочернее подразделение российской корпорации «Алтайкокс».
Отсутствие гигантов в местном сельском хозяйстве определяется нецентральным экономико-географическим положением края, что уменьшает интерес внешних инвесторов и определяет доминирование местных собственников в заготовке и переработке сельхозпродукции.

Ситуация одновременного отсутствия крупных корпораций во всех секторах региональной экономики нетипична для территорий Сибирского федерального округа и нечастая для российских регионов. Например, в Оренбургской области нет гигантов в сельском хозяйстве, но зато они есть в горнодобывающей промышленности.
Отсутствие крупных федеральных корпораций в экономике края определяет особенности его политико-экономической структуры, в которой нет коалиций и группировок влияния, отчужденных от местной почвы, но способных оказать сильное влияние на поведение местной власти.
Таким образом, в крае неизбежна особая роль малого бизнеса в экономике, в том числе и в процессах ее реструктуризации. Численно, по занятости, по налоговым доходам, в большинстве муниципальных образований доминируют средние, малые по размеру предприятия и индивидуальные предприниматели.
Для большинства сельских алтайских муниципальных образований малый бизнес и индивидуальное предпринимательство являются безальтернативным и нередко единственным генератором новых рабочих мест, основным источником занятости. Темпы роста промышленного производства на малых предприятиях в последние годы стабильно превышают рост производства на крупных и средних промышленных предприятиях. Доходы населения от собственности и предпринимательской деятельности растут быстрее, чем от зарплаты.
На малые предприятия края приходится более четверти занятых от общей среднесписочной численности (по отдельным муниципальным образованиям эта доля составляет 50-65 %). Малые предприятия выполняют около 65 % объема строительных работ в крае; налоговые поступления от субъектов малого бизнеса составляют около 20-25 % общего объема платежей налогоплательщиков края (в некоторых районах - формируют около 70 % доходной части местных бюджетов); малые предприятия держат в последние годы 2224 % краевого оборота розничной торговли. На их долю приходится более 15 % общего объема отгруженных товаров обрабатывающих производств и около 12 % краевых инвестиций в основной капитал. Три четверти малых предприятий края концентрируется в торговле, строительстве, обрабатывающей промышленности и в обслуживании оборота недвижимого имущества.
Развитие малого бизнеса в Алтайском крае опирается на связанные с экономической историей, историей освоения этой территории такие черты местного сообщества, как предприимчивость, многоэтничность, толерантность.
Действительно, сибирский аграрный регион радикально отличается в чертах местного сообщества от своего аналога в центральной России - аграрного Черноземья. Сравнительно раннее аграрное освоение Черноземья определило наличие здесь длительного феодального периода помещичьего землевладения.

Все последующие хозяйственные слои - капиталистический аграрный и социалистический индустриальный накладывались на первый, феодальный слой освоения. Напротив, периферийное положение Алтайского края определило тот факт, что его масштабное освоение началось существенно позже, уже на излете феодализма, проходило без института помещичьего землевладения (аграрная реформа П. Столыпина), посредством масштабных переселений работников из центральной России - как до революции, так и в период 19501960-х гг., при масштабном освоении целинных земель Кулундинской степи.
В итоге сообщества Алтайского края менее консервативны и больше готовы к широкому развитию малого бизнеса (в том числе, и что особенно важно, в сельской местности), чем сообщества других традиционных аграрных житниц страны. Более того, в Алтайском крае исстари существовали традиции специфического сельского предпринимательства.
Не будучи никогда скованными крепостным правом, алтайские крестьяне до революции активно вели торговлю, заводили собственные мельницы, мас- лобойни[234] - создавали эффективную перерабатывающую промышленность, не уезжая из своих сел. Позже, в советское время, экономика многих крупных сел Алтая не была чисто сельскохозяйственной, сочетая производство сельскохозяйственной и промышленной продукции. Соответственно, и кругозор, и навыки, и предприимчивость местных сообществ оказались шире и мощнее, чем в традиционных, сугубо аграрных деревнях центральной России.
Пример. Поспелиха: старинное село нового типа
Алтайское село Поспелиха - необычное для России. Его история практически иллюстрирует тезис о пользе сочетания в одном месте разных отраслей экономики, о пользе сельской промышленности. Возникшее при строительстве железнодорожной ветки в 1913 г. село сразу стало не только земледельческим, но и промышленным пунктом. Обе отрасли развивались здесь бок о бок: село было базой освоения целины - и здесь же в 1960 г. была основана Алтайская государственная машиноиспытательная станция (Алтайская МИС). Надо ли удивляться, что и селяне ведут себя более «прогрессивно», чем в других селах: например, местный сельский интернет-сайт с гордостью сообщает, что «в апреле 1989 г. в Поспелихе начала вещание первая в Советском Союзе независимая сельская телестудия»[235].

Потенциал конверсии и рекомбинации компетенций. Колоссальное влияние на промышленное развитие края оказало размещение здесь десятка эвакуированных заводов из европейской части страны в военное и послевоенное время, многие из которых в последние 20 лет претерпели полную или частичную конверсию своей оборонной специализации.
Специфика алтайского экономико-географического положения и экономической истории обусловила весомую роль в процессах реструктуризации краевой экономики в последние 20 лет малого бизнеса и конверсии местных оборонных предприятий. Именно эти две силы запустили здесь масштабный процесс региональной комбинаторики компетенций и складывания в его результате новых компетенций, а на их базе - новых видов экономической деятельности.
Чтобы лучше понять сущность этого процесса, охарактеризуем более подробно современный наличный пул экономических компетенций работников края, используя для этого таблицы по структуре валовой добавленной стоимости и занятости[236]. Для простоты и большей отчетливости расслоим все краевые экономические компетенции на три направления: инженерные; «науки о жизни», т. е. связанные с природно-биологическими процессами; новые материалы, т. е. связанные со строительством, с химическим производством, производством полимеров.
Лучше всего в краевой экономике представлены «биологические», затем инженерные компетенции, от которых существенно отстают компетенции получения новых материалов (табл. 47).
В связи с тем, что группа обрабатывающих производств объединяет внутри себя производства, опирающиеся на инженерные, биологические компетенции, а также и компетенции по технологиям получения новых материалов, полезно рассмотреть ее отдельно (табл. 48), особенно принимая во внимание ту значительную роль, которую данная группа сыграла в процессах реструктуризации краевой экономики в последние 20 лет.
Группа производств, опирающихся на инженерные компетенции, доминирует внутри предприятий обрабатывающей промышленности. Доля малого бизнеса в этой группе средняя, рентабельность активов минимальная по всем трем группам, максимальная доля убыточных предприятий. В этой группе обращает на себя внимание производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования, которое имеет существенно лучшие показа
тели эффективности и более высокую долю малого бизнеса в занятости и конечной продукции, чем в среднем группа. Лидируя по количественным показателям доли занятых, объему выпущенной промышленной продукции, производства первой группы уступают двум другим по качественным показателям рентабельности активов, износу основных фондов, доле убыточных предприятий.
Таблица 47
Структура компетенций Алтайского края - на основе данных о структуре валовой добавленной стоимости и занятости основных не-сервисных
производств

Компетенции

Виды экономической деятельности

Валовая добавленная стоимость, %

Среднегодовая численность занятых в экономике, %

Годы

2005

2006

2007

2008

2009

2005

2006

2007

2008

2009


Всего

100

100

100

100

100

100

100

100

100

100

Науки о жизни

Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство

16,8

16,3

15,7

15,5

18,0

20,7

20,5

20,0

18,6

18,1
/>Инженерные
Транспорт и связь

7,5

8,6

8,9

9,4

8,3

7,5

7,5

7,5

7,5

8,0

Инженерные

Производство и распределение электроэнергии, газа и воды

5,7

4,5

4,2

4,1

4,7

3,6

3,3

3,3

3,0

2,9

Инженерные, науки о жизни, новые материалы

Обрабатывающие производства

19,4

18,5

17,4

17,7

17,5

16,0

15,8

15,5

14,7

13,6

Новые материалы

Строительство

4,7

4,8

4,2

4,3

3,9

4,9

5,0

5,2

5,1

4,9


Группа производств, опирающихся на биологические компетенции, находится по количественным и качественным показателям в середине списка и практически не уступает первой группе по объемам отгруженной продукции. Здесь лучше, чем в первой группе, показатели рентабельности активов, износа основных фондов и доли убыточных предприятий. Выше показатели объема отгруженной продукции на одного занятого, чем в первой группе.
Третья группа производств, опирающихся на компетенции, связанные с получением новых материалов, имеет лучшие показатели по рентабельности активов, доле убыточных предприятий, объемам отгруженной продукции на одного занятого. Здесь же и наиболее высокая доля малого бизнеса в отраслевой занятости и отраслевом производстве конечной продукции.

Таблица 48
Структура компетенций в обрабатывающих производствах Алтайского края,
2009 г. (%)

Компетенции - виды экономической деятельности

% среднегодовой занятости

¦ a o'
И Э |Я
“ s 1
з ас «В^ * ? н сто
в Ю S
МЛН = —
ббо ® °В
арш
м ^
а В s
^ и о
Дтп

Объем отгруженной продукции, %

Рентабельность активов, %

Износ основных фондов, %

Коэффициент обновления основных фондов


р
пде
е
р
п
х
О
т
ы
б
у % я ,й § g Дя

Отгруженная продукция на одного занятого, %

Промышленность, всего

100

18,7

100





100

Обрабатывающие производства

77,3

20,5

79,7

4,9

40,8

21,5

33,9

103,1

1. Инженерные компетенции

53,4


36,2






Производство и распределение электроэнергии, газа и воды

20,8

10,9

18,1

0,4

34,2

5,4

52,0

86,8

Производство машин и оборудования (без производства оружия и боеприпасов)

9,7

-

3,1

-22,3

48,7

6,0

38,6

32,3

Металлургическое производство и производство готовых металлических изделий

6,8

18,8
(368)[237]

3,4

-3,7

58,5

5,2

32,1

49,5

Производство транспортных средств и оборудования

5,7

0,1
(26)

5,2

-17,4

29,7

28,0

61,5

91,1

Производство прочих неметаллических минеральных продуктов

3,8

18,8
(214)
/>2,6
1,6

23,3

22,7

36,9

67,1

Целлюлозно-бумажное производство; издательская и полиграфическая деятельность

2,4

17,2
(243)

1,3

6,9

33,6

26,4

31,2

55,4

Текстильное и швейное производство

2,2

14,5
(134)

0,8

-1,8

34,9

8,1

42

37,1





Компетенции - виды экономической деятельности

% среднегодовой занятости

Доля малого бизнеса в занятости края/ обрабатывающей промышленности/отрасли, %

Объем отгруженной продукции, %

Рентабельность активов, %

Износ основных фондов, %

Коэффициент обновления основных фондов

Доля убыточных предприятий, %

Отгруженная продукция на одного занятого, %

Производство электрооборудования, электронного и оптического оборудования

2,0

47,3
(190)

1,7

5,6

44,4

22,9

24,5

83,0

2. Биологические компетенции

28,3


38,0






Производство пищевых продуктов, включая напитки, и табака

24,2

25,3
(774)

35,3

7,0

45,0

14,5

33,9

146,1

Обработка древесины и производство изделий из дерева

4,1

9,4
(283)

2,7

5,2

24,1

5,2

33,8

66,7

3. Новые материалы

7,3


9,8






Химическое
производство

3,9

26,2
(107)

5,2

20,6

42,9

7,1

21,6

133,5

Производство резиновых и пластмассовых изделий

3,4

31,7
(199)

4,6

0,2

38,2

12,1

30,6

138,6


Анализ структуры экономических компетенций Алтайского края позволяет сделать вывод, во-первых, об их исключительной широте - на фоне некрупного размера большинства предприятий; во-вторых, о том, что максимальная доля малых предприятий наблюдается именно в тех видах обрабатывающих производств, которые имеют лучшие качественные показатели.
Но что такое широта компетенций на фоне доминирования предприятий малого и среднего размера? Эта двуединая черта предприятий алтайской экономики означает, что в местной экономике, как мало в каком еще относительно крупном регионе России, преобладают эффекты экономии на разнообразии, на диверсификации, но в очень малой степени - на размере, на масштабе операций.
Любопытно, что экономическая гетерогенность сочетается в Алтайском крае с ландшафтной, культурной, этнической гетерогенностью. Алтайский край
уникален по наличию на сравнительно небольшой по российским меркам территории абсолютно разных природных районов (природных зон): 1) Ку- лундинская степь; 2) Приобское плато; 3) долина верхнего течения Оби с широкими надпойменными и пойменными террасами; 4) Бийско-Чумышская лесостепь; 5) предгорья Алтая - лесостепь с мягким холмистым рельефом; предгорья Салаира - лесостепь на западном склоне Салаирского кряжа; горный Алтай - наиболее возвышенная часть края[238].
Алтайский край по насыщенности объектами культурного наследия (горнозаводские комплексы феодального периода, памятники алтайского купечества и военного времени и др.) занимает первое место в Сибири. Со времен столыпинской реформы в Алтайский край переселялись выходцы с Украины, Поволжья, Северного Кавказа, а также приграничных казахстанских областей. Это сформировало уникальное по этническому разнообразию местное сообщество.
По числу городских округов и муниципальных районов (11+60) край занимает первое место в России. Удивительно наличие такого числа муниципальных образований на сравнительно компактной территории: например, в сходных по площади Республике Башкортостан, Омской области - их число существенно меньше.
В силу повсеместно наблюдаемой гетерогенности здесь масштабно и плодотворно работают внутрирегиональные экстерналии на разнообразии (так называемые Джейкобс-экстерналии, в большей степени изученные для крупных городских метрополитенских ареалов). Они содействуют складыванию новых компетенций из уже существующих в крае, нередко «высвобожденных» в процессе конверсии оборонных предприятий - процессу, который, как правило, происходит в малых и средних предприятиях, характерных для краевой экономики.
Теоретико-методологическая основа выбора региональной траектории развития: потенциал подхода от экономических компетенций
Многочисленные отечественные и зарубежные работы по стратегиям экономического развития регионов, как правило, посвящены частным вопросам и редко затрагивают проблему концептуального выбора траектории в ответственный момент «ветвления» потенциальных направлений развития. На этом фоне выделяются работы А. Хиршмана и Э. Райнерта, разделенные полувековым интервалом.
В книге А. Хиршмана особый акцент сделан на актуализации спрятанного, рассредоточенного потенциала (природных и материальных ресурсов, предпринимательских и организационных способностей) развития. Сам процесс
развития понимается им как процесс собирания набора условно доступных ресурсов и скрытых способностей[239]. Для Алтайского края, в котором очень многие благоприятные предпосылки неаграрного развития пока являются лишь потенциалом, такой подход оказался очень конструктивным.
А. Хиршман на материалах межотраслевого баланса делает вывод о существенном преимуществе машиностроения, в целом обрабатывающей промышленности над сельским хозяйством с точки зрения генерирования каскадных эффектов в местной экономике. И этот вывод звучит очень современно для Алтайского края, находящегося в ситуации выбора между аграрной и неаграрной доминантой развития.
Другой важнейший момент в размышлениях А. Хиршмана - это внимание к институтам, ценностям, способностям местного сообщества как важнейшим предпосылкам успешного экономического развития, акцент на связи между видами экономической деятельности в местном развитии. От этих идей уже очень близко до экономических компетенций, процессов региональной комбинаторики компетенций и складывания неожиданным образом новых компетенций из уже существующих в местном сообществе.
Книга Э. Райнерта местами кажется специально написанной для Алтайского края, находящегося сегодня на развилке траекторий развития. Автор, цитируя экономиста эпохи Просвещения Д. Юма, считавшего, что лучший способ увеличить эффективность сельского хозяйства - пойти кружным путем и увеличить сначала эффективность обрабатывающей промышленности, резюмирует, что исторические факты последней тысячи лет подтверждают эту идею, неоднократно пишет, что тесное соседство сельского хозяйства и промышленности исключительно важно и необходимо, констатирует, что успешное производство сырьевых товаров, в том числе и сельскохозяйственных, всегда происходит при успешной промышленной экономике. Итальянские сыр и ветчина производятся в том же регионе (Эмилия-Романья), где изготавливаются автомобили «Феррари», «Ламборгини», «Бугатти» и «Мазе- рати»[240]. По мысли автора, поддержка аграрного сектора должна обязательно идти одновременно со стимулированием обрабатывающей промышленности; только тогда возможно трансформировать неизбежную убывающую отдачу от сельскохозяйственной деятельности в возрастающую отдачу обрабатывающего производства и наукоемких услуг. Он пишет, что вкачивание денег господдержки в агросектор нигде в мире не привело к радикальному улучшению ситуации - наоборот, масштабная поддержка агросектора и сопут
ствующее обогащение аграрного лобби затягивали переход к индустриальному обществу, консервировали отсталость аграрных форм экономики. С другой стороны, активная индустриализация этих районов одновременно позволяла решить и проблемы повышения эффективности агросектора.
Российские реалии последних 20 лет подтверждают этот тезис. Наиболее успешно аграрные реформы шли вовсе не в аграрных регионах, как можно было бы представить. Напротив, вопросы земельной собственности, технического перевооружения, роста урожайности растениеводства и продуктивности животноводства наиболее зримо решались как раз в промышленных регионах, например, в Самарской области.
У обоих авторов - и у А. Хиршмана, но более отчетливо у Э. Райнерта - звучит тема неоднородности видов экономической деятельности с точки зрения позитивного экономического развития на основе возрастающей отдачи. «Качественные» виды экономической деятельности базируются на инновациях, знании, а «некачественные» - на сырье.
Идеология Хиршмана-Райнерта стала для нас серьезным подспорьем при концептуальном обосновании правоты неаграрной траектории развития Алтайского края.
Однако для конкретного понимания процесса экономической реструктуризации, т. е. отхода от традиционного к новому направлению развития, подход от отраслей и видов экономической деятельности представляется очень агрегированным. Здесь нужны инструменты микроанализа, а для него лучше всего подходит подход от экономических компетенций, от навыков местного сообщества. Как они меняются в процессе экономической реструктуризации? Как в региональном котле переплавляются старые компетенции в новые и какие условия для этого необходимы? Как идет процесс обучения местного сообщества для овладения новыми навыками и вырастания на их основе новых видов экономической деятельности? Вот какие вопросы, по нашему убеждению, должны получить приоритетное внимание при решении проблем российских регионов на переломе - в ситуации исторического выбора между новой или модифицированной старой траекторией развития.
По сравнению с отраслевым или деятельностным подходом к анализу региональной экономики на этапе реструктуризации подход от экономических компетенций труднее реализовать ввиду недостатка статистических сведений, необходимости использовать косвенные информационные источники и другие трудоемкие инструменты микроанализа. Но для понимания того, как идет сборка новой экономики, это совершенно необходимо. Для новых задач прежние агрегированные подходы уже не работают.
Вместо сборки региональной экономики в отраслевые (имущественные, материальные активы) комплексы сегодня в российских реструктурируемых регионах идет сборка компетенций на платформах региональных знаний и компетенций. А уже из новых компетенций рождаются новые виды экономической деятельности и, иногда, новые отрасли.

Вызревание новых видов экономической деятельности в результате конверсии компетенций
Очень агрегированно процесс трансформации экономики Алтайского края в последние 20 лет можно представить как эволюцию нескольких компетенций (табл. 49), т. е. исходно, к началу российской реформы, в крае уже был широкий набор экономических компетенций, преимущественно ориентированных на экстенсивное использование природных, материальных и человеческих ресурсов. И в результате развития в последние два десятилетия эти компетенции менялись в направлении более интенсивного использования всех наличных экономических ресурсов. В некоторых случаях новые, «интенсивные» компетенции рождались как результат сложения нескольких «экстенсивных», в других случаях - как переинтерпретация прежних в более «интенсивном» направлении.
Таблица 49
Эволюция компетенций в Алтайском крае в 1990-2000-е годы


Исходные (экстенсивные)

Итоговые (интенсивные)

1.

Технологии средств вооружения, военные и специальные технологии

Биофармацевтические технологии

2.

Аграрные (производство и переработка сельхозпродукции - пищевая, перерабатывающая)

Технологии средств вооружения, военные и специальные технологии

Информационные системы и технологии

3.

Энергетические

Энергосбережение, нетрадиционная энергетика

4.

Химические

Новые материалы

5.

Технологии средств вооружения, военные и специальные технологии

Технологии безопасности жизнеобеспечения и защиты людей и животных

Инженерные (энергетическое, транспортное, сельхозмашиностроение)

6.

Инженерные (машиностроение)

Сверхтонкое измельчение материалов (нано-)

7.

Строительные

Автономные системы жизнеобеспечения, трансформации традиционного жилья





Наиболее ярким примером эволюции компетенций является появление абсолютно нового для края биофармацевтического экономического знания - на основе интеграции местных военных, оборонных (технических, инженерных) компетенций и аграрных (биологических, связанных с науками о жизни). Несколько благоприятных факторов обеспечили успех в этом дрейфе компетенций. Конверсия оборонных предприятий повысила мобильность носителей уникального знания технологических процессов, которые при несущественных преобразованиях могли быть задействованы не только для выпуска оборонной, но и гражданской, биотехнологической, биофармацевтической продукции (например, при синтезе лекарственных средств и пищевых добавок). Взаимодействие материнского предприятия-носителя оборонных, инженерных компетенций и нового, молодого малого предприятия, в котором происходил синтез инженерных, биологических и иных компетенций, было очень позитивным фактором успеха.
Пример. Алтайская биотехнология: как «скрестить» химика с крестьянином ?
Алтайская биофармацевтическая промышленность родилась на стыке военных технологий и природно-ресурсного потенциала края, традиций работы с землей, с почвой, современного оборудования и самого образа девственночистого Алтая.
Самым ярким примером здесь является история «смычки ВПК и деревни» в отдельно взятой фирме «Эвалар», которая является классическим «отпочкованием» (спиноффом) от оборонного предприятия - крупнейшего в Бийске Федерального научно-производственного объединения «Алтай». ФГУП ФНПЦ «Алтай», в числе прочего, работает с химическими технологиями; неслучайно наряду с «Эваларом» в годы перестройки от него отпочковалось более десятка фирм, связанных с производством косметики, бытовой химии и т. д. Одна из основательниц «Эвалара», давшая ему свое имя[241], - кандидат технических наук, бывший старший научный сотрудник и руководитель технологической группы, разрабатывавшей составы холодных газов для целей оборонной промышленности[242]. В акционерном обществе женщина-химик занялась разработкой косметики. Когда косметика стала терять популярность, фирма нашла новую - на редкость созвучную алтайской специфике - рыночную нишу: производство биоактивных добавок. Через несколько лет «Эвалар»
закрепился на национальном рынке. Знаменитый бренд требует качества; для получения соответствующего сырья «Эвалар» покупает сельскохозяйственные земли. Происходит (под давлением промышленности) переспециализация местного сельского производителя: вместо пшеницы и свеклы на алтайских землях целенаправленно выращиваются теперь реликтовый красный корень, красный клевер, мелисса лекарственная. Пшеница может расти и в других местах, а вот красный корень действительно уместнее всего выращивать там, где даже дух места помогает продвигать конечную продукцию. Сам образ Алтая стал работать на продвижение продукции: «Алтай с древних времен славился своими целебными растениями. Десятки поколений травников веками накапливали знания...», - так начинаются рекламные статьи об «Эвала- ре»[243]. Руководитель компаний не скрывает, какую огромную роль играет реклама в успехе ее бизнеса[244]: «Вековой опыт - наш особый ингредиент». Вот только вековой опыт не позволил бы создать высокотехнологичную фирму с тысячами сотрудников, пока не произошла комбинация векового сельского Алтая с оборонными технологиями и кадрами из наукограда Бийска.
«Впрыскивание» нового знания в процессе интеграции компетенций происходило не только через старое оборонное предприятие. Значительную роль в формировании среды подпитывания новым знанием сыграло наличие в Алтайском крае нескольких авторитетных научно-исследовательских структур (Институт проблем химико-энергетических технологий СО РАН, Институт водных и экологических проблем СО РАН, ФГУП ФНПЦ «Алтай», Алтайский НИИ технологии машиностроения, Алтайский НИИ информационных технологий и телекоммуникаций, Алтайский НИИ сельского хозяйства СО РАСХН и др.). Важную роль в эволюции компетенций сыграло сотрудничество алтайских структур со структурами соседней Новосибирской области, в том числе наукоградов Бийска и Кольцова. Новое знание обеспечил и приход в Алтайский край филиала немецкой фармацевтической фирмы «Мартин Бауер». Конечно, процесс конверсии компетенций происходил исключительно активно, потому что был в основном локализован на компактной площадке города Бийска. И это тоже явилось благоприятным фактором успеха.
Другое направление конверсии компетенций проходило в результате преобразования военных, в том числе высокоточных, технологий (например, для
производства прецизионных изделий) для создания местных информационных систем. Благоприятной предпосылкой для этого процесса послужил высокий уровень телекоммуникационной оснащенности Алтайского края: по наличию квартирных телефонных аппаратов на 1000 чел. населения край опережает средний уровень по Сибирскому федеральному округу - как в городской, так и в сельской местности; по телефонизации сельской местности край находится во второй десятке регионов Российской Федерации. И по оснащенности транспортными коммуникациями Алтайский край тоже превосходит среднесибирские и среднероссийские показатели.
В энергетическом направлении разворот компетенций осуществлялся под приоритеты энергосбережения и альтернативной энергетики. Стимулами к «интенсификации» компетенций здесь послужило наличие нескольких предприятий, которые выпускают энергетическое оборудование для тепловых электростанций, успешно реструктурированного предприятия по выпуску трансформаторов (Алтайский трансформаторный завод - сегодня успешный малый бизнес)[245]. На развитие компетенций по энергосбережению и технологий по производству энергии из нетрадиционных источников направлено и соглашение о социально-экономическом партнерстве между администрацией края и компанией «Сименс».
В области химии разворот компетенций проходил одновременно со сдвигом от производственных гигантов к малым химическим предприятиям, которые производят полимеры и композиты, каталитические системы и технологии, керамические и стекломатериалы («Алтайхимпром», «Алтайспецпродукт», Михайловский завод химических реактивов, Бийский завод стеклопластиков, «Бахташ» и др.). Для данной отрасли была характерна высокая концентрация инновационно активных организаций (16,6 %). Позитивную роль здесь сыграло сотрудничество с германскими фирмами, которые приносили в край новые компетенции и технологии (например, германская фирма «Masa-Henke Maschinenfabrik GmbH» - технологии и оборудование для производства автоклавного газобетона).
Очень интересным результатом интеграции компетенций оборонных и гражданских машиностроительных предприятий стало возникновение в последние 20 лет новых компетенций и видов экономической деятельности по выпуску средств безопасности жизнеобеспечения людей и животных. Успех здесь обеспечили конверсия оборонных предприятий и возможности свободной миграции компетенций в результате оборота кадров; малые предприятия как площадки переплавки старых компетенций в новые.

Еще одним направлением конверсии старых компетенций стало машиностроение - в направлении миниатюризации и повышения мобильности выпускаемой продукции. Дрейф компетенций имел место в строительстве: здесь происходил переход к производству и использованию новых строительных материалов (газобетона, базальтового волокна и др.).
Конверсии компетенций в локализованном пространстве - феномен г. Бийска
Пожалуй, наиболее отчетливо успех стратегии конверсии компетенций в последние 20 лет проявился в городе Бийске - втором после краевого центра Барнаула по численности населения (около 225 тыс. чел., около 9 % населения края). Здесь удалось преодолеть традиционные для российских регионов, в том числе и для Алтайского края, барьеры для инновационного развития в виде слабой ориентации научно-исследовательских организаций и вузов на практическое решение региональных проблем; низкого уровня коммерциализации научно-исследовательских разработок; ограниченного спроса организаций на передовые технологии и нововведения. Город Бийск стал в последние два десятилетия местом рождения десятков малых инновационных предприятий, вырабатывающих новые компетенции и на их основе - новые для местной экономики виды деятельности.
При этом нужно четко понимать, что город Бийск не является каким-то обособленным оазисом благополучия - здесь критическая ситуация с привлечением инвестиций: по объему инвестиций в основной капитал на душу населения город отстает почти в три раза даже от очень умеренных краевых показателей и более чем в восемь раз от среднероссийских. Однако с точки зрения локализованных перетоков знания, преобразования исходных компетенций в новые, создания на этой основе новых видов экономической деятельности он, безусловно, является поучительным примером для других российских городов.
Возникает вопрос: какие местные факторы облегчили «свободную» конвертацию исходных экономических компетенций в новые, востребованные местным и национальным рынком? Почему в этом городе процессы формирования новых видов экономической деятельности на базе складывания новых компетенций в ходе рекомбинации уже существующих шли динамично и масштабно, тогда как в десятках других городов России - нет? Какие особенности г. Бийска определили успех стратегии конверсии компетенций?
Необходимые фактические данные для ответа на эти вопросы предоставляет Стратегия развития города Бийска до 2025 г.[246], которая содержит
детальные сведения об основных городских предприятиях[247]. Для города характерна высокая концентрация крупных, малых и средних предприятий; например, местная промышленность представлена 220 организациями, в том числе 37 крупных и средних, 183 - малых. В табл. 50 приведена типология 14 экономически значимых промышленных предприятий города по размеру. Предприятия каждой группы характеризуются специфичным генезисом и компетенциями.
Многие крупные предприятия (оборонного профиля) находятся в федеральной собственности. Их работники являются носителями уникальных инженерных и, в ряде случаев, биологических компетенций (так называемой науки о жизни). Именно эти предприятия стали в последние 20 лет источником многочисленных новых малых фирм - спин-оффов и спин-аутов. Средние по размеру фирмы консолидируют работников, специализирующихся на инженерных компетенциях, на знании технологий получения новых материалов и средств безопасности. Малые фирмы - это стартапы, спиноффы и спинау- ты, созданные на базе крупных оборонных предприятий или из их квалифицированных кадров. Обращает на себя внимание местный кластер нескольких средних и малых фирм, которые специализируются на производстве средств безопасности. Их создание - прямой результат конверсии бывших оборонных инженерных компетенций в гражданские компетенции по выпуску средств безопасности, нередко на основе изделий из новых материалов с новыми заданными свойствами.
Компактность и малый размер города обеспечили активную коммуникацию работников разных предприятий между собой, что в условиях радикальной экономической реформы 1990-х гг. ускорило процессы перетоков кадров, перетоков знания между предприятиями, создания новых фирм из кадров проблемных оборонных и приватизированных государственных предприятий. Однако очевидно, что компактности и малого размера, разнообразия организационной структуры местной экономики недостаточно для успешной реструктуризации советской индустриальной, ВПК-ориентированной экономики города.
Другим важным фактором стала энергия предприимчивости местного сообщества. Даже по официальным сведениям, доля доходов от предпринимательской деятельности составляет здесь 15,8 %, что беспрецедентно много для рядового российского города аналогичного размера. А ведь государственная статистика «не видит» значительные объемы скрытых доходов от предпринимательской деятельности.
Размер Названия фирм Численность на 2007 г., чел. Базовые компетенции
1. Федеральное государственное унитарное предприятие «Бийский олеумный завод» (ФГУП «БОЗ») 3500 Инженерные, науки о жизни. Химическая и биохимическая промышленность (взрывчатые вещества)
2. Федеральное государственное унитарное предприятие «Бийское производственное объединение “Сибприбормаш”» 2000 Инженерные (боеприпасы + комплектующие)
1. Крупные фирмы (1000+ чел.) 3. Открытое акционерное общество «Бийский котельный завод» (ОАО БиКЗ) 2000 Инженерные
4. Федеральное государственное унитарное предприятие «Федеральный научно-производственный центр “Алтай”» (ФГУП «ФНПЦ “Алтай”») 1000 Инженерные, науки о жизни (химия и биохимия). Изделия для ракетной техники
5. Закрытое акционерное общество «Алтайвитамины» 1000 Науки о жизни
1. Закрытое акционерное общество «Эвалар» 700 Науки о жизни, спин-офф ФГУП «ФНПЦ “Алтай”»
2. Закрытое акционерное общество «Производственное объединение “Спецавтоматика”» 350 Новые материалы/средства безопасности, конверсия компетенций
2. Средние фирмы
(250-1000 чел.)
3. Общество с ограниченной ответственностью «Бийский завод стеклопластиков» 250 Новые материалы/средства безопасности, конверсия компетенций, стартап
4. Открытое акционерное общество «Бийский завод “Электропечь”» 250 Инженерные компетенции
5. Открытое акционерное общество «Машиностроительное объединение «Восток» (ОАО «МО “Восток”») 250 Инженерные компетенции. Оборудование пищевой промышленности

Таблица 50





Размер

Названия фирм

Численность на 2007 г., чел.

Базовые компетенции

3. Малые фирмы
(менее 250 чел.)
/>1. Общество с ограниченной ответственностью «Регион»
150

Инженерные компетенции, спин- аут ФГУП «ФНПЦ “Алтай”»

2. Общество с ограниченной ответственностью «Инженерные защитные системы»

100

Новые материалы/средства безопасности, конверсия компетенций. Стартап

3. Закрытое акционерное общество «Научно-производственное предприятие “Алтайспецпродукт”» (ЗАО «НПП “Алтайспецпродукт”»)

70

Инженерные компетенции, спин- офф ФГУП «БОЗ» - присадки к маслам, присадки к топливам, защитные материалы, смазки, эмульгаторы

4. Закрытое акционерное общество «Элла плюс»

20

Инженерные компетенции, спин- офф ФГУП «ФНПЦ “Алтай”» Автоматические установки пожаротушения


Для Бийска характерно беспрецедентное для города такого размера разнообразие экономических компетенций (табл. 51). На середину нулевых годов в структуре промышленного производства не было одного-двух доминирующих видов экономической деятельности: относительно равномерно были представлены медицинская промышленность (25 %), электроэнергетика (20 %), химическая (17 %), пищевая (14 %) промышленность, машиностроение (7 %). Существенную долю (12 %) совокупного промышленного продукта формировали малые предприятия разного профиля.
Возникает вопрос: а как возник этот широкий пул экономических компетенций в местной экономике, который в условиях реформы в результате неожиданных рекомбинаций стал источником новых компетенций, т. е. наблюдался самоусиливающийся процесс?
Многие современные крупные предприятия Бийска сформировались в результате объединения структур с разными компетенциями (слияния приводили к сложению навыков работников каждого исходного предприятия). Например, ЗАО «Алтайвитамины» - правопреемник производственно-аграрного объединения «Алтайвитамины», образованного в 1982 г. на базе Бийского витаминного завода и совхоза «Сибирский» Советского района Алтайского края. Федеральное государственное унитарное предприятие «Бийское производственное объединение “Сибприбормаш”» образовано в 1982 г. из Бийского механического (производство корпусов реактивных снарядов систем залпового огня «Град», «Ураган», «Смерч») и Бийского приборостроительного
заводов (производство приборных устройств к боеприпасам малого калибра). ОАО машиностроительное объединение «Восток» (выпуск технологического оборудования для мясо-молочной и пищевой промышленности) организовано на базе заводов «Молмаш» и «Продмаш» - предприятий, эвакуированных во время войны из Европейской части страны.

Компетенции (виды знания)
Инженерное Науки о жизни, медицина, фармакология Новые материалы / средства безопасности

Федеральное государственное унитарное предприятие «Федеральный научно-производственный центр “Алтай”» (ФГУП «ФНПЦ “Алтай”»)
Общество с ограниченной ответственностью «Инженерные защитные системы»

Федеральное государственное унитарное предприятие «Бийский олеумный завод» (ФГУП «БОЗ»)
Общество с ограниченной ответственностью «Бийский завод стеклопластиков»

Открытое акционерное общество «Машиностроительное объединение “Восток”» (ОАО «МО “Восток”»)
Закрытое акционерное общество «Элла плюс» (средства пожаротушения)
Федеральное государственное унитарное предприятие «Бийское производственное объединение “Сибприбормаш”» Закрытое акционерное общество «Алтайвитамины» Закрытое акционерное общество «Производственное объединение “Спецавтоматика”»
Открытое акционерное общество «Бийский котельный завод» (ОАО БиКЗ) Закрытое акционерное общество «Эвалар»
Общество с ограниченной ответственностью «Регион»
Открытое акционерное общество «Бийский завод “Электропечь”»
Закрытое акционерное общество «Научно-производственное предприятие “Алтайспецпродукт”» (ЗАО «НПП “Алтайспецпродукт”»)

Таблица 51





Колоссальную роль в развертывании процессов местной комбинаторики компетенций сыграла конверсия государственных оборонных предприятий. При этом речь не идет о радикальной смене их специализации с оборонной на гражданскую. Нет, конверсия понимается здесь как раскрепощение носителей уникальных оборонных компетенций - квалифицированные работники местных ВПК-предприятий с начала 1990-х гг., после снятия секретности, обрели беспрецедентную свободу перемещения. Их мобильность способствовала активным «миграциям» компетенций внутри городской экономики и рождению новых малых и средних фирм в последние 20 лет по алгоритму спиноффа, спинаута и стартапа.
Например, типичными спиноффами, рожденными материнской структурой оборонного предприятия, стали сегодня упомянутая выше национально признанная биофармацевтическая фирма «Эвалар», а также «Элла плюс», «Алтайспецпродукт». ЗАО «Элла плюс» создано в 1998 г. так же, как и «Эвалар», на базе ФГУП «Федеральный научно-производственный центр “Алтай”». Предприятие занимается разработкой средств пожаротушения для защиты электронно-оптического оборудования, АТС, вычислительных центров, электрических силовых шкафов, сейфов и др. ЗАО «НПП “Алтайспецпродукт”» создано в 1994 г. на базе оборонного предприятия ФГУП «Бий- ский олеумный завод», выпускает присадки к маслам, к топливам, защитные материалы, смазки, эмульгаторы.
Несколько фирм также образовались в результате конверсии оборонных предприятий, но по алгоритму спинаута: они сначала существовали внутри ВПК-предприятия, а потом юридически обособились. Например, ООО «Регион» первоначально было четвертым цехом ФГУП ФНПЦ «Алтай» (тогда называлось НПО «Алтай»), который изготавливал оборудование и оснастку для ВПК-предприятий. Теперь фирма выпускает как оборонную, так и гражданскую продукцию: оборудование для производства взрывчатых веществ и топлива, технологические линии для намотки стеклопластиковых корпусов и др.
Многие новые малые фирмы Бийска в последние 20 лет образовались без конкретной привязки к материнской структуре государственного оборонного предприятия, но за счет миграции их квалифицированных кадров - носителей уникальных компетенций. Таким типичным стартапом - инновационным малым бизнесом - стали Бийский завод стеклопластиков, ООО «Инженерные защитные системы» и др.
Бийский завод стеклопластиков был создан в 1991 г. из специалистов оборонных предприятий Бийска, научных сотрудников и конструкторов, обладающих навыками работы со стеклопластиками и другими композиционными материалами. Успех новой фирмы обеспечили непрерывные подпитки внешним и генерирование собственного знания: внешнее знание перетекало
в процессе активного сотрудничества фирмы с ведущими российскими институтами и исследовательскими центрами по композитным материалам; внутреннее знание генерировалось в своей заводской лаборатории, где проводились исследования свойств стеклопластиковых изделий. В результате фирма была в состоянии проводить весь комплекс работ от зарождения идеи до изготовления производственных линий, их монтажа, запуска в эксплуатацию для организации выпуска новой продукции из композитных материалов с заданными свойствами.
Фирма «Инженерные защитные системы» работает на рынке России и стран СНГ с 1992 г.; основная специализация - разработка, изготовление и поставка взломостойких, пуленепробиваемых изделий и конструкций из металла и стекла.
Очень важным фактором, который облегчил местную комбинаторику компетенций в последние два десятилетия, была инновационная восприимчивость крупных и средних предприятий города. Истоки этой особенности, видимо, коренятся в специфике создания бийских предприятий и характере сотрудничества с другими фирмами-партнерами в Алтайском крае, Новосибирской области и других регионах России. Нужно отметить, что экономика города Бийска базируется на деятельности научно-производственного комплекса и его кадровом потенциале, сформированном многолетней целевой подготовкой и привлечением специалистов московских, санкт-петербургских, харьковских, казанских, томских, новосибирских, барнаульских и других
292
вузов и научных школ .
Некоторые бийские промышленные предприятия имели экспериментальный характер уже при рождении. Например, созданный в 1972 г. Бийский экспериментальный завод «Спецавтоматика», сегодня крупнейший в Сибири производитель отечественных средств обеспечения безопасности. В 1993 г. он был преобразован в производственное объединение. В настоящее время имеет семь филиалов в различных городах страны, две производственные площадки, три конструкторских бюро, собственную испытательную базу, позволяющую производить испытания выпускаемой продукции.
Наиболее успешным примером конверсии оборонных компетенций в гражданские в Бийске является новейшая история создания биофармацевтиче- ского кластера. Здесь предельно отчетливо проявилась, с одной стороны, российская специфика, связанная с колоссальной ролью «материнского» наукоемкого оборонного предприятия; с другой стороны - мировые закономерности рождения биотехнологических кластеров, связанные с колоссальной ролью малого инновационного бизнеса. Рожденный в последние два десятилетия бийский биофармацевтический кластер представляет собой систему полного цикла - от исследований и разработок до производства наукоемкой продукции (т. е. разработка технологий и субстанций, клинические испытания, сертификация, маркетинг, массовое производство и продажа).

Важнейшим фактором для рождения новых компетенций и на их основе - нового для города вида экономической деятельности стало мощное наукоемкое оборонное предприятие - ФГУП «Федеральный научно-производственный центр “Алтай”», работники которого являются носителями уникальных инженерных и биологических компетенций. С началом радикальной экономической реформы 1990-х гг. эти компетенции впервые одолели запреты секретности и стали «проливаться» в местную экономику, материализуясь в десятках малых и средних производственных (выпуск лекарственных препаратов и БАДов), научно-производственных и сервисных фирм - стартапов, спиноффов и спинаутов, которые обеспечили коммерциализацию разработок «материнского» ВПК-предприятия. Именно в этих фирмах осуществлялся важнейший процесс переплавки оборонных компетенций в гражданские, разворота прежних оборонных компетенций работников в гражданских целях, для потребительского рынка. Сервисные фирмы возникли для обслуживания этих предприятий. Динамика создания десятков малых наукоемких фирм в орбите крупного некоммерческого наукоемкого предприятия была абсолютно беспрецедентна для России, но полностью в контексте мирового опыта формирования биотехнологических кластеров - как локализованного в городском пространстве «роя» малых и средних фирм вокруг университета, исследовательского центра или института.
Помимо наукоемкого предприятия-ядра и сотни малых инновационных фирм, другим структурным элементом нового кластера стали научно-образовательные организации: созданный в 1990 г. Институт проблем химикоэнергетических технологий СО РАН, кафедры Бийского технологического института (филиал ГОУ ВПО «Алтайский государственный технический университет им. И.И. Ползунова») и Бийский лицей Алтайского края. Здесь нужно отметить значительную роль российско-индийского центра научнотехнического содружества, который обеспечил трансфер мирового опыта и компетенций для фирм бийского биофармацевтического кластера. Немалую роль в успехе сыграла миграция в Бийск крупных ученых новосибирского академгородка, масштабная программа по обучению основам предпринимательства, развернутая местной властью города (образовательные семинары по бизнес-планированию инвестиционных проектов, разработке стратегии развития предприятия, коммерциализации инновационных проектов, ключевым факторам успешного стратегического развития предприятия в условиях инновационной экономики и др.).
В российской литературе по региональным инновациям принято сетовать на слабое взаимодействие элементов инновационной инфраструктуры, на
отсутствие связи научно-исследовательских организаций с конкретными промышленными предприятиями, отсутствие опыта коммерциализации передовых разработок. Пример Бийска показывает, как может сложиться «тройная спираль» науки-бизнеса-власти на локализованной площадке конкретного города. И какой колоссальный синергетический эффект возрастающей отдачи, самоусиления происходит при бесконфликтной взаимной увязке, сложении сил партнеров инновационного взаимодействия. Нет абстрактной проблемы слабого взаимодействия частей инновационной инфраструктуры, но есть конкретная проблема увязки всех ее элементов в локализованном пространстве особой экономической зоны, бизнес-парка, наукограда.
Пример Бийска показывает, что отток кадров из оборонных предприятий в гражданский предпринимательский сектор может стать источником важнейших компетенций, которые в недрах малых предприятий переплавляются в новые во имя выпуска новой конкурентоспособной продукции. Когда число таких малых предприятий десятки и сотни, это становится основой для формирования нового вида экономической деятельности в городской экономике.
Региональная комбинаторика компетенций
Так каким же путем идти Алтайскому краю и многим другим российским регионам: облагораживать сложившуюся десятилетиями индустриальную траекторию развития инновационными прививками или искать абсолютно новые направления развития и конкурентоспособные виды экономической деятельности? Представляется, что ответ на этот вопрос дает сама жизнь, новейший опыт развития Алтайского края и других российских регионов. Решение состоит в существенном изменении прошлой индустриальной траектории развития, в актуализации для этого всех наличных конкурентных преимуществ региона.
Слово потенциал неслучайно популярно в прогнозных документах региональной власти Алтайского края. Оно отражает подспудное понимание, что «невидимые» активы края многочисленны, но нуждаются в раскрепощении. К числу таких активов, безусловно, принадлежит широкий спектр экономических компетенций, имеющихся в регионе: биологических, связанных с технологиями живых систем, информационных, военных, по новым материалам в химической промышленности и строительстве, по энергосбережению и др. Широта и разнообразие местных экономических компетенций абсолютно неслучайна и отражает специфику экономической истории края (волны колонизации, передислокацию военных предприятий сюда из центра в годы Отечественной войны, освоение залежных земель в послевоенное время и другие важнейшие для освоения края события), ландшафтное, культурное, этническое разнообразие. Этот потенциал (в виде экстерналий на разнообразии) может быть актуализирован в результате творческих рекомбинаций налич
ных компетенций, накопленных работниками оборонных и гражданских предприятий края, в инновационном малом бизнесе.
О чем свидетельствует в этой связи зарубежный опыт европейских регионов? Успех смены прошлой траектории развития зависит от способности региональных сообществ быть открытыми на новое знание, одолевать сложившиеся за десятилетия ментальные, идейные блокировки новых возможностей развития. Лучшие европейские регионы демонстрируют умение сочетать старые и новые структурные элементы в ходе эволюционного реформирования своей экономики. Политика региональной власти как эффективного сетевого посредника в этот ответственный период должна включать реструктуризацию старых и создание новых институтов и организаций, стимулирование связей между новыми и/или реструктурируемыми организациями, избегание ранних блокировок неоптимальных траекторий[248].
В этой связи среди важнейших задач для Алтайского края можно назвать гибридизацию аграрных и промышленных компетенций, прививку новых (внешних) компетенций, интеграцию старых компетенций в новые на локализованных площадках промышленных районов/ локальных экономических зон. Это приоритетные направления региональной комбинаторики компетенций - усилиями инновационного малого и среднего бизнеса.
Гибридизация компетенций означает двустороннее, встречное движение - создание малых промышленных фирм в сельской местности (например, «Ал- тайкабель» в селе Поспелиха); с другой стороны, укрепление фирм аграрного машиностроения в городских агломерациях (например, «АлтТрак» и другие предприятия вокруг Барнаула и в Рубцовске).
Огромную роль в притоке в край новых экономических компетенций может сыграть туризм. В товарном сотрудничестве края с другими регионами России и зарубежными странами перемещаются материальные активы, и получить через них новые экономические компетенции сложнее, чем в процессе миграции квалифицированных кадров. А туризм является одной из форм временной миграции квалифицированных кадров. Местные курорты (ежегодно в места отдыха и лечения в край приезжают сотни тысяч мигрантов) способны стать площадками активной коммуникации «своих» и «чужих» квалифицированных кадров.
Обеспечить эффективное сложение компетенций во имя получения новых навыков для новых видов экономической деятельности способны локализованные площадки интенсивного взаимодействия малых предприятий друг с другом и с филиалами крупных наукоемких предприятий, образовательных
и научно-исследовательских структур в виде технопарков, локальных экономических зон, интеллектуальных территорий. Их число должно быть значительно, на порядок, больше существующих сегодня.
Последнее по порядку, но первое по значению. Поскольку ключевым агентом в творческой переплавке старых навыков в новые, как показывает новейшая история Алтайского края, выступает инновационный малый бизнес (стартапы, спиноффы, спинауты и др.), необходимы специальные усилия по массовому обучению жителей края предпринимательским компетенциям, инновационному менеджменту, управлению малым бизнесом. По оценкам, 50 % алтайских предпринимателей закрывают бизнес по причине собственной некомпетентности в данной сфере. Без решения этой проблемы трудно обеспечить успех стратегии региональной комбинаторики компетенций. 
<< | >>
Источник: Замятина Н.Ю. А.Н. Пилясов. Россия, которую мы обрели: исследуя пространство на микроуровне. 2013

Еще по теме Рекомбинация компетенций сообщества как ресурс экономического развития:

  1. Часть 2 Богатство сообществ: культура, идентичность, компетенции. Современные эндогенные факторы социально-экономического развития городов и регионов России
  2. 2.1. Креативные ресурсы региональных сообществ
  3. Экономическая и социальнаяполитика Европейского сообщества
  4. Экономическая ментальность как фактор зависимости от предшествующего развития
  5. Экономическая выгода как движущий момент в развитии географического разделения труда
  6. 1 ЭКОНОМИЧЕСКИЕ РЕСУРСЫ РЕГИОНОВ РОССИИ
  7. Информационные технологии как профессиональное сообщество
  8. 1.4.3. Как по новостям «вычислить» местную модель социально-экономического развития (сравнительный анализ новостного потока двух городов)
  9. Академическое сообщество как антропологическая проблема
  10. Экономическая оценка природных условий и ресурсов
  11. Экономическая оценка природных условий и ресурсов
  12. Экономическая оценка природных условий и ресурсов