БЕЗ ПРАВА ПРЕПОДАВАНИЯ В РОССИИ: М.В.БЕЗОБР АЗОВА

ff\ Ж аРия - горькая, превосходство Я", - так |\/| определяется значение этого имени в "Первом _L ? JL женском календаре на 1912 г. П.НАриян" (СПб., 1912). В ее жизни действительно было много "горького", и горечь эта в значительной мере усугублялась в осознании ею превосходства своего "я" над другими. Мария Владимировна Безобразова родилась 29 мая 1857 г.
в С.-Петербурге, в высокообразованной семье. Отец ее Безобразов Владимир Павлович (1828-1889) - был преподавателем политической экономии, финансового права в Александровском лицее (1868-1878), известным публицистом, автором трудов "О некоторых явлениях денежного обращения в России", "Уральские горные хозяйства", "Народное хозяйство в Росши". Мать - М.В.Безобразовой - Елизавета Дмитриевна (урожденная Маслова) (1834-1881) - писательница, публиковавшаяся главным образом в зарубежных изданиях под псевдонимом 'Татьяна Светова". Она писала статьи по литературе, политической экономии, переводила на французский язык мемуары своего мужа, поскольку знала этот язык лучше русского. В "Journal de St.-Petersbourg" были напечатаны ее критические очерки по русской литературе, в ,vRevista Europea" - статьи о Тургеневе, в "Nouvelle Revue" - о женских типах в русской литературе, в "Journal des Economistes" - о женском вопросе и т.д. Брат - Павел Владимирович Безобразов (1859-1918), приват-доцент Московского (1888- 1895) и С.-Петербургского (1914-1917) университетов, известный историк-византист, прозаик и публицист, выступающий по поводу различных злободневных проблем. Его перу принадлежат, например, брошюра "О правах животных" (1899) и выдержавшее несколько изданий рассуждение "О правах женщин"...

Для получения начального образования М.В.Безобразова была отдана десятилетней девочкой в пансион Мезе. Это был немецкий пансион с хорошей репутацией, в котором к моменту поступления воспитывалось третье поколение учениц. Выбор именно этого пансиона, как это ни странно, основывался только тем, что учили там... меньше, чем в гимназии. "Ученые женщины" были "кошмаром" для В.П.Безобразова. Его жена на протяжении десяти лет скрывала от него, что она писательница. По глубокому убеждению известного экономиста, женщинам совсем нет надобности в образовании , но так как в XIX веке совсем не учиться было уже невозможно, то ой выбрал наименьшее из "зол" - немецкий пансион, в котором из учениц готовили преимущественно образцовых домохозяек. Однако несмотря на такое отношение к женскому образованию вообще и своей дочери в частности, он сделал ее в дальнейшем личным "ученым секретарем".

Все предметы в пансионе преподавались на немецком языке. М.В.Безобразова была все годы обучения первой ученицей. Очень рано она пристрастилась к чтению философской литературы. "Никто мне этого не говорил, но я чутьем знала, что те вопросы, которые меня мучают, создали философию и философы те люди, которые одни могут меня утешить и успокоить" (1). Из 'Всемирной истории" Г.Вебера внимательно читала только те места, где говорилось о жизни и учениях философов в ту или иную эпоху.

По выходу из пансиона необходимо было держать экзамен на домашнюю учительницу, но не в самом пансионе, а в гимназии. Экзамены были сданы на отлично и этот первый успех произвел на Безобразову такое впечатление, что она, уверовав в свои способности, решила поступать... в Цюрихский университет. Для начала она решила основательно заняться своим образованием, для чего приступила к самостоятельному изучению тех предметов, которые преподаются в мужской гимназии, посещая в то же время и Владимировские курсы. Вскоре она убеждает отца разрешить ей поступить на педагогические курсы при С.- Петербургских женских гимназиях. Разрешение было дано им после обещания по окончанию курсов не работать учительницей, в противном же случае отец грозился... покинуть С.-Петербург...

После окончания курсов (1876) Безобразовой было предложено место образцовой учительницы русского языка в прогимназии, но по вышеназванным причинам ей пришлось от этого предложения отказаться. Однако спустя несколько лет она все-таки добивается своего и занимается преподавательской деятельностью: с 1880 по 1883 гг. преподает новые иностранные языки в Вяземской женской гимназии, а с 1883 по 1885 гг. - естествоведение, географию и историю в пятикласной женской прогимназии в Жиздре (Калужская губерния).

В октябре 1884 г. В.И.Герье получает из Жиздры небольшое письмо от М.В.Безобразовой, отправленное ею 8- I о октября, в котором сообщается, что проведя это лето в Берне она познакомилась с профессорами философского факультета и "много обязана профессору философии Геблеру, принявшему во мне участие. В настоящее время я работаю над сочинением, которое в случае удачи даст мне степень. Посылаю Вам первый свой опыт, написанный в Берне и о котором Геблер отозвался одобрительно. Тема, избранная мною для диссертации, не требует большого количества книг, но тем не менее не знаю, насколько моя работа будет успешна" (2).

В 1887 г. Безобразова едет в Лейпцигский университет изучать философию. Там появляется ее первая научная работа - "Ueber Plotins Gluckseligkeitslehre" ("Учение Плотина о счастье"). Не та ли эта работа, о которой она сообщала в письме к В.И.Герье?

В 1888 г. М.В.Безобразова возвращается в Россию, в Москву, где 26 января выступает с первой публичной лекций "О значении Канта". 28 января "Русские ведомости" поместили отчет о лекции Безобразовой. "<...> Случай редкий: г-жа Безобразова - первая русская женщина, специально занимающаяся философией и публично выступающая с лекцией по философии. Да и не только в России, но и за границей (кроме, конечно, Америки) эта лекция женщины о философских вопросах чуть ли не первая в нашем веке. Тем более славы русской женщине, которая впервые решилась на такой подвиг". Лекция по мнению корреспондента прошла удачно. Слушателей собралось так много, что малый зал Политехнического музея не мог вместить всех желающих (среди которых было особенно много женщин), что пришлось перевести всю публику в большой зал, который вскоре был наполнен до отказа. В 8.30 лекция началась и продолжалась около часа. Безобразову встретили и проводили дружными аплодисментами, неоднократно возобновлявшимися. В начале лекции она попыталась выяснить отличие философии от метафизики. Затем, коснувшись предшественников Канта, передала кратко биографию кенингсбергского мыслителя и перешла к подробному изложению его 'Критики чистого разума". Определяя значение работ Канта для всей философии, М.В.Безобразова заявила, что философия Канта навсегда "похоронила метафизику", хотя сам Кант еще может быть назван ее "последним апостолом". Со времени Канта философия, несмотря на попытки отклонить ее с этого пути, сделанные неумелыми преемниками Канта - германскими идеалистами, может иметь значение лишь как психология и должна навсегда отказаться от решения неразрешимых вопросов о началах и сущности бытия. Изложение философии Канта, по мнению корреспондента, "было точное и связное, хотя дело не обошлось без некоторых недомолвок и неясностей. Иное второстепенное, например учение о трансцендентальных схемах, было слишком выдвинуто вперед; иное существенное, например учение о причинности и вообще о категориях, изложено слишком сжато и отвлеченно, так что едва ли было понятно для публики. Нельзя не пожалеть также, что г-жа Безобразова изложила Канта его собственным языком. Во-первых, это лишало изложение необходимой общедоступности; во-вторых, выдержки из Канта невольно носили слишком отрывочный характер. Очевидно, что г-жа Безобразова основательно изучила Канта и вполне овладела его "Критикой чистого разума". Можно поэтому отнестись с полным сочувствием и одобрением не только к ее философским дарованиям, но и к попытке поделиться своими знаниями с публикой. Поэтому пожелаем г-же Безобразовой полного успеха на избранном поприще и выразим надежду, что она подарит нашу бедную философскую литературу дельными работами. Талантом популяризации философских учений она несомненно обладает".

В критико-библиографическом словаре Венгерова скупой на похвалы отечественным философам В.С.Соловьев заметил по поводу этих лекций: "Две публичные лекции в Москве о значении Канта, несомненно показывают у М.В.Безобразовой серьезное знакомство с философскими учениями и большую способность к философскому мышлению, нежели у иных из наших профессоров философии" (3).

Затем еще два семестра Безобразова слушает лекции в Цюрихском университете, а в 1891 г. получает степень доктора философии Бернского университета за диссертацию "Handschriflichen Materialien zur Geschichte der Philosophic in Russland" ("Рукописные материалы к истории философии в России"), в которой она представила результаты своих изысканий в Чудовом монастыре, С.-Петербургской, Московской и Киевской духовных академиях, рукописных отделах Румянцевского музея и Публичной библиотеки (см. "Приложение").

В только что упомянутой статье критико- библиографического словаря Венгерова В.С.Соловьев доводил до сведения читателей также, что Безобразова посвятила себя изучению истории философии в России, которую начинает "очень издалека", что видно из ее лекции "О древнейшем философском памятнике в славяно-русской письменности". Однако, продолжает Соловьев, Независимо от тех или других взглядов на прошедшие и будущие учения философии в России, исследование зародышей и ростков философского образования в нашем отечестве, появлявшихся сначала под византийскими, а потом под западноевропейскими влияниями, есть задача далеко не бесполезная"

(4).

В 1894 г. в Москве выходит в свет "Краткий обзор существенных моментов истории философии" М.В.Безобразовой. Во "Введении" к книге говорится, что философию в обширном смысле слова надо понимать как науку о духе. В нее входят психология, этика, логика. Зерно философии - метафизика, "первая философия" по Аристотелю, которая не довольствуясь опытом выходат за его пределы и разбирает самые общие принципы бытия и мышления. Эта книга не осталась незамеченной. Я.Н.Колубовский в "Философском ежегоднике" за 1894 г. (М., 1896) писал: "В своей книге г-жа Безобразова дает не совсем то, что обещает по заглавию. Автор следит за ходом философской мысли, начиная с греческих теогонии и космогоний вплоть до Гегеля. Здесь затронуты с одинаковым вниманием и существенные, и несущественные моменты. В самом деле, неужели г-жа Безобразова относит к "существенным моментам" вопрос о f хронологии и подлинности Платоновых диалогов, которому она посвящает целых две страницы. Правда, на средневековой или, по странной терминологии автора, "средней" философии она останавливается не долго, но в греческой и новой философии г-жа Безобразова как будто бы старается не пропустить какого-нибудь имени. Со взглядами автора далеко не всегда можно согласиться. Так в Платоне он, вопреки установившемуся мнению, видит крайнего дуалиста, хотя дальше называет его уже чистым и последовательным идеалистом. Взгляд этот остается однако же без доказательства. Но больше всего недоумений вызывает в читателе введение, в котором доказывается, что история философии есть не только история теорий, но и сама она - теория. Это не мешает однако автору через три строки утверждать, что история философии навсегда останется историей философов. Следует также прибавить, что несмотря на стремление к живости изложения, язык автора оставляет желать весьма многого. Над некоторыми фрагментами читатель становится просто в тупик, чему особенно способствует отсутствие знаков препинания. Вот, например, во всей неприкосновенности, фраза, за которую преподаватель русского языка не похвалил бы своего ученика: ,1го что такое сознание для нас теперь то самое, чем был вопрос о мире для родоначальника философии, для Фалеса, и если Фалес и совершил тот великий шаг вперед, что отвечал, пусть он и ошибался, нас отделяет от Фалеса то, что мы, со своей стороны, не можем ошибаться, потому что не решаем отвечать" (С.7). Также сетует на слог Безобразовой и рецензент "Новостей" (1894, N105).

В 1896-1897 гг. М.В.Безобразова читает в Педагогическом музее курс лекций "Введение в философию". Первая лекция была посвящена определению цели заявленного курса. Его цель - выяснить основные положения философии, взаимоотношения ее частей. Может ли существовать философия без истории философии? О различных миросозерцаниях или направлениях философии. Отграничение субъективизма от других направлений. Его вечность. Вторая лекция: Что такое психология, или учение о душе? Краткий исторический очерк этого учения. Третья лекция: Три главных характерных направления в психологии: 1) Психология с душой, или умозрительная; 2) Психология без души, или эмпирическая; 3) Психология, центром которой является сознание. Четвертая лекция: Основные положения психофизиологии. Исторический очерк тгого учения от Вебера до наших дней. Имеет ли психофизиология будущее? Пятая лекция: Что такое теория познания? Отношение теории познания к психологии и логике. Заслуги Jloxjca, Канта и новейших представителей теории познания. Шестая лекция: Что такое логика? Два главных характерных направления в логике: 1) Логика формальная. Аристотель-схоластик и математическая логика; 2) Логика индуктивная (Д.С.Милль). Сравнение этих двух направлений. Можно ли отрицать логику и почему? Седьмая лекция: Что такое этика, или учение о добре? Краткий исторический очерк этого учения. Восьмая лекция: Два главных направления в этике: 1) Этика эвдемоническая (греческая и утилитарная); 2) Этика чистая (Кант). В каком направлении можно ожидать в будущем развития этики? J (святая лекция: Что такое метафизика, или учение о мире? Краткий очерк этого учения. Десятая лекция: Отличие метафизики греческой от метафизики новой. Почему у нас ісперь метафизика замшилась метапсихологией? Что такое мстапсихология? Перечень основных положений психологии, психофизиологии, теории познания, логики, этики, метафизики и метапсихологии. В каком направлении можно ожидать развития философии в будущем?

В 1895 г. М.В.Безобразова принимает активное участие в создании первого в России "Русского женского взаимно-благотворительного обществакоторое

насчитывало в своих рядах около восьмисот членов. Общество имело временное общежитие для временно нуждающихся женщин, библиотеку (носящую имя Н.В.Стасовой), литфатурно-музыкальный кружок, бюро для прииска заработка, кассу взаимопомощи. В 1908 г. Общество провело в Москве 1-й Всеросийский женский съезд. М.В.Безобразова возглавляла в Обществе "Кружок домашних чтений" для самообразования. Занятия в нем проводились по четырем направлениям: литература, наука, общие вопросы и "история женщин". Вот некоторые темы, обсуждавшиеся на собраниях в течение 1895/96 г.: "Что такое самолюбие", "Разбор статьи проф. Чижа "Об измерении умственных способностей"; "Параллель между Башкирцевой и Ковалевской на основании дневников Башкирцевой и воспоминаний Лефлер о Ковалевской" и др. В 1896/97 г. обсуждались темы: "Всегда ли полезна критика" и "Проповедь простоты Вагнера" (докладчица Безобразова; прения по вопросу Элизы Ожешко "Сделало ли образование современную женщину сердечнее, чем это было в предыдущее поколонне"; в 1897/98 г.: "Унижает или возвышает В.Соловьев Пушкина своим взглядом на его судьбу?" (докладчица Безобразова); прения по вопросу "Что такое злословие?"; разбор книги Лурбе 'Женщина перед судом современной науки"; прения по вопросу "О влиянии женщин на прогресс", обсуждение статьи Безобразовой "Идея, принципы и будущее Русского женского взаимно- благотворительного общества" и т.д. В 1899 г. Безобразова отказалась возглавлять кружок и перешла в реферативный отдел, где ею был сделан доклад о М.Горьком.

В 1899 г. она основывает "Этический кружок". Целью нового кружка было сближение его членов "на нравственной почве". Члены кружка собирались решать этические вопросы "не для продвижения науки", а лишь для удовлетворения собственных духовных запросов. В 1901 г. на заседаниях кружка Безобразова выступила с сообщениями: "Новая теория эгоизма", "Задачи этики по Кавелину", 'Элементарные понятия об истории этики", организовала прения по теме Различные типы ума". В 1911 г. Безобразова создает "Этическое общество". Одновременно она принимает активное участие в издании журналов "Живое дело", "На помощь матерям" А.Н.Пешковой-Толиверовой и в "Воспитании и обучении" А.Альмедингена (5).

Здесь несомненно уместно будет коснуться ее работы "Кант, Шопенгауэр и Гартман о женщинах опубликованной в 1892 г. в сборнике "Философские этюды". Основываясь на прочтении Кантовской "Antropologie" ("Антропологии с прагматической точки зрения" (1798)), "Die beide Gnmdprobleme der Ethik" ("Две основные проблемы этики" (1841)), 'Taperga und Paralipomena" Шопенгауэра и "Phenomenologie des sittlichen Bewusstseins" (4 4 Феноменология нравственного сознания" (1879)) Эд.ф.Гартмана, Безобразова приходит к выводу, что три великих философа мыслят о женщинах "одинаково односторонне, в их взглядах обнаруживается презрение к целой половине рода человеческого" (С.22), и что их взгляды формированы под влиянием "чувства" (С.22). Исходная же точка зрения Безобразовой была следующая: "женские слабости - такие же неотъемлемые человеческие свойства, как и недостатки мужчин; невозможно утверждать, что у них более или менее ума, сердца или характера" (С. 23- 24), и что Только тот, кто в состоянии поддяться над половыми предрассудками, достоин называться человеком в полном значении этого слова" (С.24). В одном из немецких сатирических журналов - под названием vvKikeriki" - М.В.Безобразова нашла изображение следующей сценки: к студенческой аудитории приближается приват-доцент... женщина. Все студенты стремительно убегают из зала, остается только один - потому что он... тснул. Входит приват-доцент - старая, безобразная женщина с огромным носом... "Не знаю, - пишет обиженная ча своего коллегу М.В.Безобразова, - действительно ли таков вснский приват-доцент, возможно, что ее жизнь ушла на то, чтобы пробить дорогу. Но желавший нарисовать карикатуру на ученых женщин не сознавал, какая это глубокая карикатура... на мужчин. Для чего пришли они на лекцию? Неужели для того только, чтобы увидеть молодого и красивого приват-доцента?'1 (6).

В 1911 г. М.В.Безобразова публикует автобиографическую книгу "Розовое и черное из моей жизни". Повествование обрывается после описания детства, которое составляет '^розовый" период ее жизни. О "черном" периоде повествуется - довольно фрагментарно - в ее книге "Из одного альбома", являющейся собранием афоризмов... "Я хожу с зонтиком, потому что с ним меньше чувствую свое одиночество"... М.В. с детства страдала глухотой и с возрастом этот недуг все более усиливался.

"Что значит быть глухим! Не жить с людьми. Примириться с этим может только тот, кто с ними не живет в силу других обстоятельств, кто испытал невзгоды в этом общении" (7). Но к этим невзгодам добавлялись и другие. В главе "Моя судьба" она говорит: "Самое ужасное, что может испытать человек, это быть оторванным от деятельности, когда ее страстно любишь. Какое самое страшное слово для нас, вступивших на публичную дорогу? Это слово - замалчивать Но вы не знаете, как это делается! На это существует тысяча маневров тех многих недоброжелателей, которые есть у всякого, кто незауряден <...>. Мне, по крайней мере, закрыты все русские издания, нигде я не могу не только излагать своих мыслей, но даже возражать - закрыты все двери" (8). "Все, что она писала, - вспоминала А.Н.Пешкова-Толиверова, - видело свет только тогда, когда она наработанное издавала за свой собственный счет" (9). Многие рукописи были утеряны в различных редакциях. Больше всего жалела М.В. о "Введении в историю философии в Россииявляющимся подробным изложением докторской диссертации. Из написанного в 1897 г. "К истории просвещения в России" - сочинение было представлено в Академию наук на премию митр.Макария и получило почетный отзыв - свет увидели только несколько глав, благодаря возможности публиковать их в таких журналах, как "Богословский вестник", "Журнал министерства народного просвещения", "Известия Академии наук".

Не приносили удовлетворения М.В. и ее многочисленные публичные лекции, с которыми она выступала в С.-Петербурге, Москве, Киеве, Харькове, Полтаве, Тамбове, Нижнем Новгороде, Смоленске, Вязьме, Ярославле, Твери и др. городах (всего около 80 лекций). Ей хотелось читать лекции в высших учебных заведениях, выступать перед подготовленной аудиторией. После наведения справок выяснилось, что для получения такой возможности требуется русская ученая степень... В 1903 г. Безобразова обращается к попечителю учебного округа с просьбой о разрешении допустить ее к экзамену на степень магистра философии. Такое разрешение ею было получено и она начинает усиленно готовиться к экзамену, но расстроенное здоровье довело соискательницу до такого состояния, что когда она явилась на экзамен, то "язык прилип к гортани". После этого ей было назначено второе испытание, которое завершилось для нее также неудачно, поскольку надо было отвечать на "узко-специальную" тему по логике, чего она не смогла сделать, так как готовилась преимущественно к истории философии. В конце декабря 1910 г. философской общественностью праздновалось 30-летие научно- литературной и общественной деятельности М.В.Безобразовой. Чествование началось с поднесения адреса от "Русского женского взаимно-благотворительного общества", "Этического кружка". В приветствии от Московского женского клуба, в частности, были и такие строки: "Вы доказали, что женщине одинаково доступны и область отвлеченной науки, и практическая деятельность" (10). В телеграмме от Совета Философского общества при С.- Петербургском университете, подписанной его председателем А-ром.И. Введенским и товарищем председателя Э.Л.Радловым говорилось: "В день Вашего юбилея с благодарностью вспоминаем о Вашей инициативе в деле учреждения Общества и о том интересе, который постоянно с юных лет Вы проявляли к философским занятиям. В Вашем лице Совет радостно приветствует первую русскую женщину, избравшую служение философии целью своей жизни" (11). Прислали свои поздравления профессора Людвиг Штейн из Берлина и Рудольф Эйкен из Иены.

Умерла М.В.Безобразова 2 сентября 1914 г. в возрасте 56 лет неподалеку от Москвы на даче своих знакомых. Похоронена была на кладбище Новодевичьего монастыря. В 1912 г., в книге "Из одного альбома", она высказала пожелание: "Сделайте, пожалуйста, надпись на моей могиле: "Здесь лежит беспокойный человек"" (12).

* * *

За месяц до ее смерти в газете "Новое время" появилась статья В.В.Розанова "К истории "неудавшихся портретов"...". М.В.Безобразова лично встречалась с Розановым только один раз, но в архиве писателя хранится несколько ее писем к нему, датированных 1910-1912 гг., которые с большим трудом поддаются прочтению из-за ужасного почерка. В одном из писем от 25 мая (без указания года) она сообщает Розанову: "Хочу переселиться в Москву, прочесть лекцию, авось найду опять читателей. Петербург меня никогда не хотел знать..." (13).

"Удивительно, - пишет В.В.Розанов, - как одни биографии, литературные "портреты" - удаются, а другие почему-то "не выходят"... (14). "Почему Не выходят*? Почему Не удаются"? Бог весть. Судьба, Рок, предназначение. Рациональных причин бывает иногда мало для этого; или по крайней мере, они далеко не все объясняют в разнице между "свечкой зажегшейся" и свечкой Не зажегшейся", часто при одном и том же составе в них горючего материала и светильни. "Одну свечку зажег Бог", - и она горела, и люди видели это горение и запомнили его; а другую свечку Не зажег Бог", и она просто стояла. Стояла. Потом сломалась. Потом куда-то ее вьшесли. Никто не знает и не помнит".

Эти образы невольно приходят на ум Розанову при сравнении двух, по его мнению "очень сходаых личностей в нашей науке, литературе и общественности": С.Ковалевской

«

и М.Безобразовой. Состав Горючего материала" - талант, призвание - у ник одинаков. Все знают С.Ковалевскую, которая была ученым математиком, читала лекции в Стокгольмском университете, никаких особенных открытий в математике не сделала, и в своих воспоминаниях жаловалась, что несмотря на всемирную известность, признание со сторону академических кругов и любовь близких, - чувствует себя не совсем удовлетворенной, что она предпочла бы более незаметное и буржуазное, но более нормальное существование "обыкновенной женщины", с хозяйством, с детьми и мужем... '"Вполне симпатично, - заключает Розанов, - но ничего сверхестесвенного". Более того, высшая математика, которой отдалась С.Ковалевская, по самому своему существу не допускает популяризации, и подавляющее большинство прославляющих ее совсем не знает того, что нового внесла в математику эта женщина. "Сверх этого, - пишет она далее, - никто не может отрицать, что сочетание "женщины" и "математики", то есть дара комбинировать величины, - вообще представляет что-то странное и не очень гармоническое. "Удивительно", но нельзя сказать, чтобы 'Привлекательно". Зато уже со времен ;февней Греции встречаются примеры того, что даровитые девушки отдавались поприщу философии. Как ученицы - нередко, а изредка - и как наставницы <...>. Но и помимо этого, и раньше и позднее женщины влеклись к философии, младшей сестре и помощнице религии. Религия, поэзия и философы - не чужды женственной натуре; и как есть своеобразная прелесть в женских стихах, как есть оттенок в "святых подвигах" женщин, - так можно верить, женщины положат свою тень когда-нибудь и на философское воззрение" (С.5).

Приведя афоризм Безобразовой со страниц ее книги "Из одного альбома" - "Сколько пережевывателей Конта и Канта, - и которых больше, не знаешь", Розанов предлагает читателю свое понимание причин несчастной безвестности Ьезобразовой. Наша университетская философия "все пережевывает Эм.Канта, журнальная наша философия все пережевывает От.Конта, являя в обеих ветвях своих что-то

ленивое, тусклое и безнадежное. То и другое по безжизненности <...> по отсутствию всякой связи с родной почвой <...> напоминает самые мрачные времена схоластики <...>. Безобразова была слишком серьезна, проста и даровита, чтобы иметь успех в обществе, которое и в философии бежит за "идолом театра" <...>. Она не хотела "еще раз пережевывать Конта и Канта" - и естественно ее не звали к себе и даже ее не пускали в свои журналы "пережевывающие"... Она не имела общего лоска, общего оттенка, - она была "не как все", и с ней случилась в 101-й раз русская история "горе от ума"" (С.5).

Завершая обзор взаимоотношений В.В.Розанова и М.В.Безобразовой добавлю только, что автобиография Безобразовой "Розовое и черное из моей жизни" попала в поле зрения Розанова, которую он целиком поместил в своей книге "Люди лунного света" как образец половой аномалии, проявляющейся в том, что в женском организме преобладает "мужское начало", "мужской ум": "У нее половое притяжение остановилось на нуле: высокий талант к науке, наукам, к философии, и абсолютная безразличность к кавалерам, самцам" (15).

* * *

Теперь несколько слов о философских симпатиях и антипатиях М.В.Безобразовой. Она высоко ценила, "любила" Платона и ,!не любила" Аристотеля и Гегеля "за схоластику". В заметке "Два камня в моей жизни" ("Из одного альбома'9) она вспоминает, как экономистом Лоренцом Штейном она была названа "золотым ножичком" в знак ее "бесполезности", и как он поразил ее отца - В.П.Безобразова - тем, что спорил с ней как с равной о Канте. Другой Штейн - Людвиг, философ и социолог, "вывел ее на дорогу", сказал "ободряющие слова". "Не могу читать Паскаля, - признается она в книге "Из одного альбома". Это ум, который мне чужд: пассивность, пусть он и изобрел геометрию, мне чуждую, его нытье или нежелание ныть, то есть его несчастье, от которого спасение - Бог, - покорность, его вера в другую жизнь - все это меня не поднимает, а еще более углубляет в ужас и дрянностъ существования. Вздумала я о нем писать - о двух верующих философах - Паскале и Киркегарде - и не могу" (16). "Профессор Чиж показал мне лицо Ницше, которое я не видела раньше. Да, он был добр и между нами... много общего? Сколько афоризмов его я привожу и... не признаю" (17). В небольшой работе "О безнравственности" (СПб., 1911) она говорит о Ницше следуюпщм образом: "Чем так подкупает Ницше? Тем, что он - апостол безнравственности. Ему нетрудно было получить славу, благодаря тому, что он провозгласил столь милые нам изнанки" (С. 16). Еще более безнравственной для нее личностью являлся... Л.Толстой! В нем она находит "скрытое под маской лицемерие" (С. 16). Искренность же, по ее мнению, это "сама истина каждого, то, что составляет его лицо" (С. 16). "Мне как-то претят схемы и не тянет излагать свои мысли в искусственном и законченном виде, - писала М.В.Безобразова в статье "К системе этического идеализма". Может быть, это отчасти обломовщина, отчасти сознание, что никому такого изложения не нужно в России. Если бы даже удалось издать такую систему, она зачахнет среди всеобщего равнодушия. Русской философии ведь нет, и одно это утверждение характеризует желание, чтобы ее не было. Так объявил В.С.Соловьев и за ним повторяют те, кто производит философов в нефилософов и переводит то ненужное иностранное, которое неминуемо становится на место самобытного". У М.В. не было системы, у нее были только две ведущие темы творчества: этические проблемы и история русской, преимущественно древнерусской философии. 1'Нравственность есть та путеводная звезда, которая чарует М.В., как и вообще русских философов, ценителей деятельного добра", - писала И.А.Макшеева (18). Ее первой работой было "Учение Плотина о счастье" (1877). "Философские этюды" (1892) состоят из статей "Об этике Плотина"Из социальной этики Гефдинга", "Нравственность и этика", а одаа из последних работ - "О безнравственности" (1911). Изучая историю философии в Древней Руси по рукописным материалам, она пришла к выводу, что особенностью русской философии является этическая направленность. У М.В. есть, правда, статья под названием "К системе этического идеализмав которой она говорит, что профессор Иенского университета Рудольф Эйкен объявил ее когда-то представительницей "этического идеализма", но в самой статье, несколько сумбурной, нет ни системы, ни разъяснения того, что же представляет собою "этический идеализм" вообще и ее в частности.

Некоторые критики жаловались на стиль языка в статьях Безобразовой - либо короткие предложения, "рубленые фразы", либо длинные без знаков препинания предложения, отсутствие какой-либо композиции (Я.Колубовский, В.Ивановский (19)). Безобразовой же казалось, что тот язык, который она для себя выработала, "по возможности кратко передает содержание моих мыслей", что язык ее "прежде всего точен и сжат". Язык обычно "сжат", но далеко не всегда точен, ее мысли часто словно сдавлены короткими предложениями. Безобразова полагала, что ее стиль - афористический. Цюрихский профессор Л.Штейн, враг афоризмов, убеждал ее, что в них, как правило, "за формой глубокомыслия скрывается недомыслие", но она осталась при своем мнении. "Владение афористической формой, может быть, труднее, чем всякой другой - требуется большее напряжение мысли. Тут есть элемент болезни - слепой Ницше, глухой Шопенгауэр" (20). Элемент болезни несомненно играл большую роль и в становлении стиля Безобразовой, но не содействовал развитию глубокомыслия.

* * ? К моменту защиты М.В.Безобразовой докторской диссертации "Рукописные материалы к истории философии в России" многие русские мыслители неоднократно высказывались в своих общефилософских работах или публицистических статьях относительно своеобразия русской философии, но историю философии в России попытались изложить лишь двое - в 1840 г. вышла в свет "Русская философия" арх.Гавриила (Воскресенского), а в 1890 г. появился очерк "Философия у русских" Я.Колубовского, причем только первый историк считает необходимым принимать во внимание умозрительные опыты .древнерусских мыслителей. М.В. Безобразова заново предпринимает попытку самостоятельного изучения древнерусских рукописей как основного материала для изучения философской мысли России. В "Философских этюдах" (1892) она призывает коллег обратить внимание на наши философские рукописные памятники, "о разбросанности которых мы даже не думаем", и что "приведшие в известность рукописного материала могло бы уже само по себе послужить ценным вкладом в историю нашего просвещения, далеко не столь безотрадную, как это показывают некоторые исследования, опирающиеся на рукописный материал" (21). М.В.Безобразова призывает историков освободиться от предвзятых мнений, подобных бэконовским идолам: "От души желаем мы освободиться от пятого идола - специально-русского, то есть от пренебрежения ко всему своему" (Там же).

Нам остается лишь сожалеть, что подробное изложение докторской диссертации на русском языке было утеряно, поскольку сама диссертация, объемом чуть больше одного печатного листа, представляет собою лишь краткое изложение программы исследования. Тем не менее публикация диссертации М.В.Безобразовой несомненно вызовет интерес у большинства современных историков русской философии (См. "Приложение'*).

Сочинения М.В.Безобразовой: -

"Ueber Plotin s Gluckseligkeitslehre". Leipzig, 1897.

-Рецензия на "Очерк философии у славян" Я.Колубовского- "Вопросы философии и психологии". 1890, Кн.1(5), С.97-100. -

"Handschriftliche Materialien zur Geschichte der Philosophie in Russland". Bern, 1891; 2-е изд. - Leipzig, 1892. -

"Философские этюды". M., 1892. -

"Заметка о Диоптре". - "Журнал министерства народного просвещения". 1893, N11 (и отд. отт. СПб., 1893). -

"Краткий обзор существенных моментов истории философии". М., 1894. -

"О великой науке Раймунда Луллия в русских рукописях XVIII в.". -

"Журнал министерства народного просвещения". 1896, 4.303, N2. -

"Что такое введение в философию? (Из лекций, читанных в Педагогическом музее военно-учебных заведений в С.-Петербурге)". -

"Вопросы философии и психологии". 1897, Кн.37. -

"Творения Св. Дионисия Ареопагита". - "Богословский вестник". 1898, N2. -

"Изречения Св. Кирилла и послания митр.Никифора". - "Известия Отдела русского языка и словесности Академии наук". 1898, Т.ИІ, KH.IV. 1898. -

"О русском женском взаимно-благотворительном обществе". Спб., 1898. -

"Публичные лекции. Об идеале". М., 1901. -

"Мысли, афоризмы, негативы". СПб., 1902. -

"Розовое и черное из моей жизни". СПб., 1911. -

"Gregor Skoworoda, ein Philosoph der Ukraine" (Оттиск из "Archiv fur Geschichte der Philosophie". 1913, B.XXIV, H.2. -

"О безнравственности". СПб., 1911. -

"Из одного альбома". СПб., 1912. -

"Лекции, исследования, мелочи". СПб., 1914. -

"Два скептика (По поводу психофизиологического закона г. Александра Введенского)" /рукопись в ОР ГПБ, Ф 249/. Примечания I.

Безобразова М.В. "Розовое и черное из моей жизни". - "Русская старина". 1910, Март. С.28.

і. ОР ГПБ, Герье 37 33. В архиве В.И.Герье находится также пригласительный Омлет на лекцию М.В.Безобразовой в аудитории Исторического музея 15 марта 1892 г.: "... Я Вам буду очень благодарна, если Вы мне сделаете удовольствие быть на моей лекции на тему "Взгляды на историю философии" (11.03.1892 г.). 3.

Венгеров А.С. "Критико-библиографический словарь русских писателей и ученых". Т.2, СПб., 1891, С.304. 4.

Там же, С.304. 5.

"Писатель-гуманист (этюд)". - "Женское дело". СПб., 1899, N4, С.83-91; "К реформе женских институтов". - "Воспитание и обучение". СПб., 1907, N9, (1.290-293; "Новая игра в материнских школах". - Там же, N3, С.82-83; "Новый метод обучения чтению". - Там же, N6, С. 184-185; "К вопросу о детском •пении". - Там же, N12, С.387-388 и цр. 6.

"Из одного альбома". СПб., 1912, С.38. 7.

Безобразова М.В. "Из одного альбома". СПб., 1912, С. 19-20. К. "Из одного альбома". С. 179.

{). Пешкова-Толиверова А.Н. "Памяти М.В.Безобразовой (Не замеченная смерть заметного человека". - "Русская старина". 1915, Март, С.634.

К). Пешкова-Толиверова А.Н. "Памяти М.В.Безобразовой...". С.639. II.

Там же, С.639. М.В .Безобразова числилась в списках действительных членов Общества (См. "Список членов Философского Общества". СПб., 1900).

I2.C.58.

13. Здесь же находится письмо О.Катарцевой к Безобразовой на клочке бумаги от 11 ноября без указания года: "<...> напишите, что Вы вообще думаете о Розанове, как о мыслителе, о писателе, о его направлении, к которому я не чувствую сочувствия. А то я знаю его только по критике и по паслышке. Затем <...>, попросите его Вам написать для любознательного человека есть ли разница в православном таинстве причастия-евхаристии и католическом? Мне говорил один английский ученый, что в православии догмат "пресуществление" был окончательно установлен лишь в 712 г. на Константинопольском соборе <...>".

157 14.

Розанов В.В. "К истории неудавшихся портретов". - "Новое время". СПб., 1914, 8 августа. 15.

Розанов B.B. "Уединенное". М., 1990, T.2, С.154. 16.

"Из одного альбома", С.40. 17.

Там же, С.86-87. 18.

Макшеева И А. "М.В.Безобразова. Очерк ее философской деятельности". Пг., 1915, С.2. 19.

Отклик В.Ивановского на "Философские эподы": "Вопросы философии и психологии". М., 1892, Кн.14, С.88-90. 20.

"Из одного альбома", С.21. 21.

Там же, С.118.

<< | >>
Источник: Василий Ванчугов. Женщины в философии. Из истории философии в России конца М., РИЦ ПИЛИГРИМ, - 304 с.XIX-нач. XXвв. 1996

Еще по теме БЕЗ ПРАВА ПРЕПОДАВАНИЯ В РОССИИ: М.В.БЕЗОБР АЗОВА:

  1. 6.4. Преподавание уголовного права в школе
  2. 2. Психолого-педагогические основы преподавания права в школе
  3. 6.2. Проблемы методики преподавания отдельных отраслей частног о права
  4. Н. Г. Янгол доктор юридических наук, профессор ПРОБЛЕМЫ ПРЕПОДАВАНИЯ КУРСА «ГРАЖДАНСКОЕ ПРАВО» В УСЛОВИЯХ СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ
  5. «ИСКУШЕНИЕ МАТЕМАТИКОЙ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА», ИЛИ ФИЛОСОФИЯ ОБРАЗОВАНИЯ КАК ТРЕХКОМПОНЕНТНОЕ ИСКУССТВО ПРЕПОДАВАНИЯ В.А. Еровенко, В.О. Савчак
  6. § 5. Окончание дела без вынесения судебного решения (прекращение производства по делу, оставление заявления без рассмотрения)
  7. 43. Отрасль права. Краткая характеристика основных отраслей права в России
  8. Римское право как прообраз обязательственного права России
  9. 10.2 СИСТЕМА ИСТОЧНИКОВ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПРАВА РОССИИ
  10. ГЛАВА 1 Проблема рецепции римского права в России: историография вопроса
  11. Факторы, влиявшие на рецепцию римского права в России XIX — начала XX в.
  12. § 2. Права человека и формирование правового государства в России
  13. Вопрос 42. Реформы Александра II. Отмена крепостного права в России