§ 2. Сущность грехопадения метафизики

Казалось бы, Ницше уже дат ответ на этот вопрос. Хотя то, что Бог умер в новоевропейской культуре, было известно задолго до него: из ближайших предшественников об этом писал Фейербах, и даже Гегель.

Хайдеггер обнаруживает данное суждение уже в его раннем трактате Вера и знание (1802), которое он повторял и позднее в других произведениях. Гегель пишет о «чувстве, на которое опирается вся религия нового времени, о чувстве: сам Бог мёртв...»1. При этом Гегель отмечал, что философия иногда вынуждена встать на защиту веры от некоторых форм теологии, которые принимают чуть ли атеистический характер. Хайдеггер призывает всмотреться в истину этих слов, а не занимать страусиную позицию обыденного верования и традиционного богословия. Такое всматривание предполагает мужественное вскрытие метафизического смысла высказывания «Бог мёртв»427. Хайдеггер видит смысл данного высказывания Ницше в том, что «сверхчувственный мир лишился своей действенной силы. Он не подаст уже жизнь. Пришел конец метафизики - для Ницше это вся западная философия, понятая как платонизм». Бог в этом смысле является символом сферы идей и идеалов, которые из трансцендентной выси ничтожили все земное, породив нигилизм. Последний понимается Хайдеггером в двойном смысле: само вынесение истины в сферу трансцендентного уже есть нигилизм, сохраняется он и в результате «смерти Бога», так как пространство для овнешненных ценностей нс исчезло1. Поэтому «Смерть Бога» не устранила, а только обнажила изначальный нигилизм. Глубина этого исторического движения Запада такова, «что его разворачивание может лишь повести к мировым катастрофам. Нигилизм - это всемирноистори- ческое движение тех народов земли, которые вовлечены в сферу влияния нового времени»428. «Свято место пусто не бывает», поэтому оно заполнилось в XX веке тоталитарными идеологиями (фашизм и коммунизм), властью технократического мышления, всевозможными суевериями и т.д. Это же отмечал и Достоевский, говоря, что человек если не Богу, то идо- лу поклонится429. Этот новый нигилизм по Хайдеггеру («неполный нигилизм» у Ницше), «хотя и заменяет прежние ценности иными, но по- прежнему ставит их на старое место»430. Однако изначальная область, «где совершается сущность и разверзается событие нигилизма, - это сама метафизика», «так что и само христианство представляет собой следствие и определенное выражение нигилизма». Нигилизм ницшеанский Хайдеггер определяет как «завершенный, совершенный, тем самым классический нигилизм», в котором полагание ценностей исходит из новой области, уже нс сверхчувственной, а выступает в качестве «идеала изобильнейшей жизни». Возникает понятие ценностей, когда «все ценностное становіггся позитивной заменой метафизического». Поэтому «Полагание ценностей подобрало под себя вес сущее как сущее для себя - тем самым оно убрало его, покончило с ним, убило его» - таков общеметафизический смысл высказывания «Бог мёртв» в видении Хайдеггера: произошло «убиение бытия сущего»431.

Ницше «оборачивает» метафизику, однако не преодолевает ее432. В статье Преодоление метафизики Хайдеггер поясняет: «Перевертывание платонизма, когда для Ницше чувственное становится соответственно истинным миром, а сверхчувственное неистинным, целиком остается еще внутри метафизики. Такого рода преодоление метафизики, какое имеет в виду Ницше, причем в смысле позитивизма XIX столетия, есть, хотя бы и в своем высшем превращении, лишь окончательное увязание в метафизике. Создается, конечно, видимость, будто «мета», трансцендирование в сверхчувственное, отменяется в пользу опоры на чувственно- вещественную стихию, в то время как на деле просто завершается забвение бытия и сверхчувственное разнуздывается и хозяйничает в виде воли к власти»433. Исходя из того, что жизнь означает волю к воле, воля к власти у Ницше рассматривается как «самая внутренняя сущность бытия», и «В воле заключено: всему давать цену»: «Живое - это уже значит: оно даст цену»434. Ценности же определяются как «условия сохранения, возрастания в пределах бытия сущего»435. На авансцену выходит новоевропейский субъект в качестве сверхчеловека, чтобы вершить судьбу сущего: «Мертвы все Бога; теперь мы волим, чтобы здравствовал сверхчеловек!»436.

В традиционной метафизике бытие. Бог были превращены в высшую ценность, если же «на бьггии сущего ставят печать ценности... путь к постижению бытия совершенно стерт». «Последний же удар по Богу и по сверхчувственному миру, - уточняет Хайдеггер, - наносится тем, что Бог, сущее из сущего, унижается до высшей ценности. Не в том самый жестокий удар по Богу, что его считают непознаваемым, не в том, что существование Бога окалывается недоказуемым, а в том, что Бог, принимаемый за действительно существующего, возвышается в ранг высшей ценности. Ибо удар этот наносят не праздные зеваки, не верующие в Бога, а верующие и их богословы, которым, хотя и твердят они о сущем из сущего, никогда не приходит на ум подумать о самом бытии - ради того, чтобы при этом заметить, что такое их мышление и такое говорение их о Боге - это, если посмотреть со стороны веры, не что иное, как настоящее богохульствование, коль скоро они вторгаются в богословие веры»437.

Но свойственное Богу место - это то, «откуда истекает причиняющее созидание сущего и сохранение сущего как сотворенного». Это место «Сверхчеловек не заступает и никогда не может заступить», так как «место, на которое направлено волснис человека, - это иная область, область иного обоснования сущего...». Поэтому и «ницшевское постижение нигилизма как обесценения высших ценностей - это нигилизм»438. Взгляд, превративший бытие, а с ним и Бога в разряд сущего, хотя и высшего, породил нигилизм, субъективизм, технократизм и все беды исторического, в особенной мерс новоевропейского и современного человека. По сути, этот путь ведет міф по пути к катастрофе, о чем свидетельствуют глобальные проблемы современности.

Тогда остается вопрос, как спастись? Только в адекватном постижении бытия! - заявляет Хайдеггер, и возвращает нас к истокам древнегреческого мышления, к тому месту, где начался отсчет метафизического времени, ибо вся метафизика в свосй сущности - нигилизм. У него «История бытия начинается, притом необходимо начинается с забвения бытия», поэтому «сущность нигилизма состоит в том, что ничто же несть с самим бытием», и только «Саио бытие есть бытие в его истине, истина же принадлежит бытию»4. «Ищу Бога! Ищу Бога», - кричал без передышки безумец у Ницше. Так и Хайдеггер бросается в поиски заветного Бытия, оставляя читателей Слова Ницше «Богмёртв» на полпути. Может быть, весь позитив развертывается им в трактовке понятия Бытия? Но вначале коснемся того, в чем состоит существо грехопадения метафизики. В лекционном курсе Основные понятия метафизики Хайдеггер проводит анализ генезиса понятия метафизики. Здесь он останавливается на разборе древнегреческого понятия фюсис. В этом случае философия (метафизика) предстает в виде «осмысления фюсис» с целью высказать ее в логосе.

На этом этапе фюсис подчинена логосу как своему собственному закону и алетейе как истине в смысле открытости. Таково было понимание метафизики в милетской школе и у Гераклита, однако уже у Парменида Хайдеггер обнаруживает имплицитно содержащийся изъян, двойственность, которая разрешится в теорию идей Платона.

Ценность Хайдеггер рассматривает как точку зрения, «видение, в том смысле, в каком предопределено оно было греками»1. Истоки всех этих видов нигилизма, и нигилистичсско-метафизичсского мышления как такового Хайдеггер усматривает еще в Древнегреческом мышлении, так как «атомная бомба разорвалась» уже в поэме Парменида. Хайдеггер отмечает, что уже в понятие фюсиса вкралась двусмысленность, что привело к порождению понятия мета та фюсика (метафизика). Первоначальный смысл фюсиса как внутренней сущности, закона вещей переносится в міф сверхчувственного. Метафизика понимается как строй господства сверхчувственного2. В самом зарождении метафизики, констатирует здесь Хайдеггер, коренится и ее падение, извращение, выражением которого стала теория идей Платона и становление трансцендентных христианских ценностей, «когда христианское богословие овладело греческой философией»3. Началась эпоха "нигилизма" по отношению ко всем земным ценностям, которая продолжалась вплоть до Ницше, но и им не была полностью преодолена. Более того, как выяснено, Ницше оказывается «самым разнузданным платоником внутри истории западной метафизики»4.

Анализируя теорию идей Платона и понятие сущности, перводвигате- ля и теологии у Аристотеля, Хайдеггер квалифицирует отрыв идеи от вещи, сущности от явления, бытия от сущего как извращение метафизики и возникновение теологии. Хайдеггер упрекает как Платона, так и Аристотеля, что они назвали высшую и первую причину божеством: «После истолкования бытия как идеи мышление вокруг бытия сущего метафизично, а метафизика теологична. Теология означает здесь истолкование "причины" сущего как Бога и перенесение бытия на эту причину, которая содержит бытие в себе и испускает его из себя, будучи самым сушим из

| Там же. С. 184. *

Хайдеггер М. Слова Ницше «Бог мертв» // Работы и размышления разных лет. М., 1993. С. 187.

х Хайдеггер М. Введение к: «Что такое метафизика?» // Время и бытие. М., 1993. С. 34. *

Хайдеггер М. Учение Платона об истине // Там же. С. 355.

сушего». Вопрос о бытии приобретает двойственный онто-тео- логический характер1.

Фактически Хайдеггер осуществляет феноменологическую критику платонизма. Вместе с тем он стремился осмыслить проблему метафизики с высоты XX столетия, а не просто возвратиться к досократовскому ее пониманию, чтобы устранить трагический разрыв между горним и дольним міфами. Суть этого преобразования заключается в том, что Хайдеггер, пытаясь восстановить «истинное», досократовскос понимание бытия и метафизики, синтезирует его с трансценденцией: «Метафизика - это вопрошанис сверх сущего, за его пределы, так, что мы получаем после этого сущее для понимания как таковое и в целом»439. Но трансценденция у него уже не мыслится теологически, она трансцендирует в зияющую пустоту и мрак хаоса, где открывается не благодать и свет, а Ничто, способное вызвать у человека лишь «фундаментальное настроение ужаса» и тоски. Возможно, Хайдеггер здесь, с сохранением трансцендснции, возвращается уже даже не к досократовской философии, а к еще более древней, хтонической мифологии, осмысляя ее на языке понятий и экзистсн- циалов. В результате, как и античные философы, он взыскует «неведомого Бога»3, его трансценденция открывает лишь Ничто, перед которым цепенеет от ужаса человеческое существо. По словам Мартина Бубера «он в своей заботе и в своем страхе стоит перед ничем»; «человек Хайдеггера является большим, решающим шагом от человека Кьеркегора к пропасти, где начинается ничто»4; «чем-то непреодолимо пустым веет на меня от такого понятия бытия». Хайдегтер разрывает онтологический и аксиологический аспекты метафизики друг от друга, признавая лишь первый из них. Он критикует Платона за то, что у него «идея добра» есть «причина всего правильного, равно как и всего прекрасного». Для Хайдеггера две части высказывания не равноправны и не параллельны. Правильному, считает он, соответствует алетейя, а прекрасному - восприятие5.

Критикуя Платона, Хайдегтер пытался разрешить проблему метафизического дуализма бытия и сущего, идеи и веши, выявляя онтологический статус мышления и переосмысливая категорию бытия. Тождество мышления и бытия, сушего и бытия постулировал уже Парменид, однако с него началось и разобщение этих понятий. Хайдеггер пытался преодолеть отчуждение мышления от бытия: оно есть со-гласие с бытием, или его вообще нет. Он предпринял попытку построения такой онтологии бытия, что в ней к явленности выходит само бытие сущего не на манер предшествующей метафизики как сверхчувственного, а как «двуслож- ностъ бытия и сушего». «Само бытие, - пишет далее Хайдеггер, - это зна-

Там же. С. 360, 364.

Хайдеггер М. Что такое метафизика? // Там же. С. 24.

См. об этом в указанной книге Р.Сафрански. С. 411-414.

Бубер М. Проблема человека К., 1998. С. 62, 71.

Бубер М. Затмение Бога И Два образа веры. М„ 1999. С. 494. 358.

чит: наличность наличного, т.е. двусложность этих двух в их односложности». Философ развивает монистический взгляд на бытие как транс- ценденцию и бытие как сущее и имманентное, которые совпадают в своей двусложности. Именно исходя из существа двусложности возможно развертывание ясности, т.е. просвета, внутри которого наличное как таковое и наличность, бытие и сущее становятся различными для человека, в результате чего возможно осуществление познания. В понятии бытия как двусложности Хайдеггер на свой манер повторяет диалектику одного и иного у Платона бытия и ничто у Гегеля, наполняя ее экзистенциальным смыслом. Он пишет о необходимости «увидеть явленность как сущность наличия в его сущностном происхождении»1. Что именно «в истоках явления человек приближается к тому, в чем кроется двусложность наличия и наличного». Хайдеггер призывает вернуться к самым истокам греческого мышления и пойти глубже его, выйти за установившийся горизонт, который объективировался в истории западно-европейской философии. Используя феноменологическую методологию, Хайдеггер мечтал о построении абсолютной онтологии человеческого бытия.

Хайдеггер как бы отбрасывает метафизику веры назад, однако форма этого отрицания в его творчестве несет в себе всю проблематику метафизики веры даже в еще более обостренном виде. В хайдеггеровском понимании метафизики вступают во взаимодействие все эпохально- исторические сс концепции. Он работал, по сути, нал проблемой синтезирования всего более чем 2-х тысячелетнего метафизического опыта европейской мысли. Насколько удалось ему разрешить данную задачу, еще предстоит осмыслить.

<< | >>
Источник: Нижников С.А.. Метафизика веры в русской философии: Монография. — 2-е изд. — М.: ИНФРА-М - 313 с. - (Научная мысль).. 2012

Еще по теме § 2. Сущность грехопадения метафизики:

  1. СУЩНОСТЬ ВЕРЫ ПО ЛЮТЕРУ. ДОПОЛНЕНИЕ К "СУЩНОСТИ ХРИСТИАНСТВА" DAS WESEN DES GLAUBENS IM SINNE LUTHERS EIN BEITRAG ZUM "WESEN DES CHRISTENTUMS"
  2. II. Сущность А. Понятие сущности
  3. Хайдеггер М.. Что такое метафизика?, 2013
  4. IV МЕТАФИЗИКА СВОБОДЫ
  5. Метафизика.
  6. СТАНОВЛЕНИЕ МЕТАФИЗИКИ ВЕРЫ
  7. Очерк 4 «Метафизика» социальности
  8. 5. Метафизика и социология человеческого бытия
  9. ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ МЕТАФИЗИКИ ВЕРЫ
  10. АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ МЕТАФИЗИКИ ВЕРЫ
  11. Раздел первый: Деконструкция метафизик
  12. Глава II «Конкретная метафизика» П. А. Флоренского
  13. § 4. Метафизика.
  14. ПРОБЛЕМЫ МЕТАФИЗИКИ
  15. У ВОДОРАЗДЕЛОВ МЫСЛИ (Черты конкретной метафизики)
  16. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ И ПОНЯТИЙНЫЕ ОСНОВЫ МЕТАФИЗИКИ ВЕРЫ
  17. Часть I МЕТАФИЗИКА И ЭПИСТЕМОЛОГИЯ ТРАНСПЕРСОНАЛЬНОГО ОПЫТА
  18. «Конкретная метафизика»
  19. ФУНКЦИЯ МЕТАФИЗИКИ