Онтология мира политического

о

з ДЛЯ политической философии мир политического служит в каче- " стве источника философской рефлексии о принципах порядка, сво-

о:

Jj. боды, равенства, справедливости и т.п. Она избегает вопросов типа 8 «где?», «когда?», «как?», «кто?» и т.п.

или категории «здесь» и «те- | перь». Ее интересует прежде всего сократовский вопрос «что есть...?»

В центре ее внимания — не конкретная политическая ситуация, не g конкретные формы и проявления политической деятельности, а т природа мира политического, политической жизни вообще, напри- 5 мер не конкретное государство, не конкретная властная структура, j2 а природа государства и власти вообще, не конкретная война, а (-si природа войны вообще, ее место и роль в жизни человеческих СО- га обществ и др.

та Можно сказать, что политическая философия — это дисциплина о L^ принципах политической самоорганизации общества. Одна из важнейших характеристик данного принципа в его философском 58 толковании — это способность к универсализации, суть ко- торой состоит в том, что в равных условиях он будет действовать одинаково. Например, для утверждения и эффективного функционирования политической демократии и ее институтов необходим определенный минимум условий, без которых они просто невозможны.

Так, невозможно выявить сущность политической системы без выяснения сущности общества. Скажем, правовое государство немыслимо без некоторых базовых характеристик общества. В качестве основополагающего условия существования как гражданского общества, так и правового государства выступает свободная личность, наделенная врожденными неотъемлемыми правами. Общество может быть названо гражданским лишь с того момента, когда за человеком как личностью признаются неотъемлемые права на жизнь, свободу и реализацию своих способностей, когда эти права становятся основными опорами общественного здания. Все это проявляется в том, что гражданское общество и правовое государство не могут существовать друг без друга.

Гражданское общество и правовое государство, в свою очередь, предполагают определенный тип экономики. Экономическая и политическая свободы производны от свободы личности. В то же время без экономической свободы, без свободы выбора источников получения средств существования не может быть и свободы политической: первая есть необходимое условие для достижения второй. Существует взаимообусловленная связь между демократией, частной собственностью и свободно-рыночной экономикой.

Понятия и категории «власть», «государство», «политика» и им подобные всегда выступают в конкретной форме в зависимости от национально-культурного, общественно-исторического, парадиг- мально-мировоззренческого и иных контекстов. Их конкретные типы и содержание зависят от исторических, национально-культур- ных традиций, типа политической культуры и миропонимания дан- о ного народа. Их нельзя представлять как вечные, вневременные g ценности, как некие неизменные сущности, одинаково верные для ? всех времен и народов. <

С данной точки зрения показателен тот факт, что влияние одних ^ и тех же идей в разных исторических условиях могут проявляться | совершенно по-разному. Например, ряд установок, которые тради- g Ционно оценивались как факторы, отрицательно влияющие на раз- о витие восточных обществ в направлении модернизации, в совре- g менных реальностях приобретают позитивную значимость. Так, в О научной литературе 60-х—первой половины 70-х годов XX в. господство конфуцианской идеологии рассматривалось в ка- 5 9

честве главного препятствия азиатских стран на пути перехода к рыночной экономике и политической демократии.

Но такая оценка коренным образом изменилась в 80-е годы, когда многие страны региона сделали стремительный рывок в своем экономическом и технологическом развитии и за беспрецедентно короткий период как бы перепрыгнули из аграрно-индустриального общества в информационное общество, тем самым создав предпосылки для трансформации авторитарных политических режимов в либерально-демократические.

Касаясь ложного, метафизического толкования идеи античной свободы европейскими мыслителями своего времени, Т. Гоббс утверждал: «Ничто никогда не было куплено такой дорогой ценой, как изучение западными странами греческого и латинского языков» [21, т. 2, с. 168]. Здесь философ имел в виду попытки некритического перенесения идеалов и ценностей одной исторической эпохи, т. е. античности, на другие исторические эпохи, в частности на реалии Нового времени.

s Ценности и идеалы, воплощенные в социальных и гуманитар- н ных науках, зависят от основных характеристик общества, кото- §_ рому эти науки принадлежат, поскольку они носят историче- 5 ский характер. Р. Коллингвуд отмечал: «Государство» Платона — S. изображение не неизменного идеала политической жизни, а все- ? го лишь - греческого идеала политики, воспринятого и перерабо- т тайного Платоном. «Этика» Аристотеля описывает не греческую 0

мораль, а мораль грека, принадлежащего к высшим слоям обще- э_ ства. «Левиафан» Гоббса излагает псшитические идеи абсолютиз- ^ ма XVII столетия в их английской форме. Этическая теория Канта .д. выражает моральные убеждения немецкого пиетизма; его «Кри- 8 тика чистого разума» анализирует теории и принципы ньютонов- 1

ской науки в их отношении к философским проблемам его вре- f мени» [43, с. 218].

g Но тем не менее политическая философия, призванная иссле- | довать природу политических вещей, затрагивает комплекс осно- ?Е вополагающих аспектов, которые в рамках человеческой истории ° имеют как бы вневременной характер. В этом контексте прав был гчі Л. Страус, считавший, что политическая философия занимается по- ™ исками трансисторических истин о политике. Она определяет гра- ш ницы политического, политической жизни и деятельности как тако- вых, различные формы их государственного воплощения.

Однако мы знаем, что современные общества характери- 60 зуются самыми различными формами плюрализма, обус- ловленными, в свою очередь, существованием множества слоев, сословий, классов, представителей различных этносов или наций, конфессий, культур, профессий, каждый из которых имеет свои особые интересы, зачастую не совпадающие и, более того, конфликтующие друг с другом. Можно сказать, что конфликт составляет неотъемлемую сущностную характеристику любого человеческого сообщества.

Если политика теснейшим образом связана с конфликтом, то одна из главных задач политической философии состоит в выявлении природы и социальных основ конфликтов. Поэтому политическая философия не может игнорировать тип общества, формой политической самоорганизации которого выступает государство или политическая система.

Сам процесс формирования и консолидации человеческих сообществ связан с их взаимным противопоставлением друг другу. Конфликты имели место если не внутри отдельных первоначальных родов, племен, этносов, то между ними. Противопоставление мы-они, наши-чужие составляло неотъемлемый и определяющий элемент этого процесса. Показательно, что само название многих этносов в переводе на современный язык означает «люди» (или «человек» во множественном числе), противопоставляемые «нелюдям» (или «нечеловекам»), т. е. всем остальным «чужим» племенам и этносам.

Без всякого преувеличения можно сказать, что государственное, властное начало, политика имеют место там, где существуют конфликты. Средством полного развития человеческих сил природа избирает противоборство этих сил в обществе. Это противостояние — тоже форма общения и общежития, хотя и «антиобщественная». И, действительно, человеку по самой своей природе присуща склонность делать все по-своему. Естественно, что при этом он встречает противодействие других индивидов, также стремящих- о ся делать все по-своему. Этот факт самым непосредственным обра- й зом проявляется в борьбе за свою долю во власти между различны- * ми социальными силами. <

Показательно, что факт конфликтного происхождения властных ^ отношений, политики, государства осознали уже мыслители древ- ности. Еще в «Государстве» устами Полемарха Платон говорил о 5 том, что политическая деятельность должна быть нацелена на ин- о тересы части общества или одной партии («друзей») в борьбе с ее ? Политическими противниками («врагами»), б

Искусство справедливой политики — «это искусство приносить друзьям пользу, а врагам причинять вред». Высту- 61

пая с позиций сущего или реального положения вещей платоновский Фрасимах ратовал за то, чтобы в отношениях между властвующими и подвластными приоритет никогда и ни при каких условиях не отдавался подвластным. Как считал Фрасимах, нет людей, которые, находясь у власти, могут отдать предпочтение интересам других в ущерб своим собственным интересам 163, т.З, с. 93-94). Примечательно, что, считая все существующие системы правления несправедливыми, Сократ не оспаривал фактическую правомерность фрасимаховского конфликтного принципа, выведенного из реального жизненного опыта.

Эта традиция, идущая через Н. Макиавелли и Т. Гоббса, нашла свою дальнейшую разработку у К. Шмитта. Рассматривая политику в категориях друг-враг, К. Шмитт полагал, что социальные отношения уплотняются, превращаются в политические при необыкновенной интенсивности общественных противоречий. По сути Шмитт рассматривал дихотомию друг-враг в качестве главного конституирующего признака политических отношений, самого х смысла существования политического как самостоятельной суш- ь ности. В своих построениях Шмитт ставил во главу угла именно эту дихотомию, которой у него соответствовали противостояния 5 добро-зло в морали, прекрасное-безобразное в эстетике, выгод- ное-невыгодное в экономике. Причем, согласно Шмитту, поли- ? тические категории самодостаточны и независимы от моральных, х экономических и иных категорий, политический враг не обязатель- о но плох с моральной точки зрения или безобразен с эстетической, з Весь вопрос состоит в том, что он — другой, чужой [88, с. 411. ^ Эта линия в разработке и трактовке политического в разных ва- .§. риациях, с различной степенью ударения на универсальность и ин- 8 тенсивность конфликта нашла отражение в большинстве полити- | ко-философских систем - от левого радикализма до правого кон- ^ серватизма и радикализма. Свое наиболее законченное выражение g она нашла в тоталитарных политико-философских конструкциях в | лице ленинизма и национал-социализма. В них идея непримиримі мой борьбы классов и теория бескомпромиссной борьбы высших и ° низших рас и народов была возведена до статуса универсального ™ принципа, лежащего в основе всех без исключения общественного исторических и социально-политических феноменов и процессов, ш Тем самым дихотомия друг-враг была перенесена на все сферы и принципы жизни.

Политический враг не может быть союзником или другом в экономической, социокультурной, эстетичес- 62 кой или иных сферах. Элиминируется само понятие ней- тралитета. В либеральной системе мировоззрения, если человек нейтрален в отношении существующей формы правления, то подразумевается, что он молчаливо соглашается с ней. В тоталитарной системе нейтралитет воспринимается как неприятие господствующей политической системы. Действует принцип, согласно которому, если ты не с нами, то против нас и, соответственно, причисляешься к лагерю врагов. Если враг не сдается, то его уничтожают.

Практически единодушное признание конфликтности как важнейшей сущностной характеристики мира политического служит весомым доказательством ее универсальности. Это вполне естественно, если учесть, что любое человеческое сообщество, особенно высокоорганизованное, сочетает интересы самых разнообразных социальных и политических сил, организаций, групп, институтов, заинтересованных групп и т.д., что предполагает столкновения, противоречия, конфликты между ними, дополняющиеся противоречиями между частными и государственными интересами.

В данной связи особо следует отметить, что политика подразумевает участие во властных отношениях или стремление оказать влияние на распределение власти. Как отмечал М. Вебер, «кто занимается политикой, тот стремится к власти как средству, подчиненному другим целям (идеальным или эгоистическим), либо к власти «ради нее самой», чтобы наслаждаться чувством престижа, которое она дает» |6, с. 646). Более того, политика имеет своей целью не только обоснование, защиту и обеспечение позиций конкретной социально-политической группы, сословия, класса, партии, государства, но и дискредитацию, подрыв позиции противника. «В политическом конфликте, который с самого начала является рационализированной формой борьбы за социальное господство, — подчеркивал К. Манхейм, — удар направляется против социального статуса оппонента, его общественного престижа и уверенности в себе» |52, с. 39].

Поэтому мир политического можно рассматривать как арену конкурентной борьбы представителей различных социально-политических сил за власть, за монопольное право говорить и действовать от имени этих сил. Поскольку в политике речь прежде всего идет о власти, а власть является одним из главных ресурсов, которым располагает общество, а также одним из главных источников авторитета и влияния, то зачастую конфликт приобретает самодовлеющий характер, нередко выливаясь в ожесточенные схватки противоборствующих сторон, вплоть до гражданской войны. Констатируя этот аспект, К. Манхейм отмечал, что политика «все более идет к тому, чтобы стать борьбой не на жизнь, а на смерть» [52, с. 38-39]. 63

Люди, живущие вместе, могут преследовать разные цели и поступать по-разному, но очевидно и то, что они не могут жить вместе, если расходятся друг с другом во всех без исключения вопросах. Как показывает исторический опыт, противоречия и борьба перестали бы выполнять функцию двигателя общественно-историчес- кого прогресса, если бы они оставались безысходным и непримиримым антагонизмом между людьми.

Люди объединяются в сообщества в силу общего стремления к совместной жизни. Например, предназначение гражданского общества в том и состоит, чтобы обеспечить достижение какого-то единства, или modus vivendi, между различными социально-политическими, социокультурными или иными силами и интересами. Оно в самом себе имманентно содержит некие нормы, императивы и пределы, способные блокировать разрушительные потенции борьбы различных сил и направлять ее в созидательное русло.

Или, становясь на позицию И. Канта, можно сказать, что гражданское общество само, независимо от государства, располагает s средствами и санкциями, с помошью которых оно может заставить ? отдельного индивида соблюдать общепринятые нормы. Именно §_ институты гражданского общества, такие, как семья, школа, цер- 5 ковь, соседские или иные общины, разные добровольные органнії- зации и союзы и т.д., способны играть эту роль. Такая функция в ? сущности чужда государству, и оно прибегает к ее выполнению лишь х в том случае, если институты гражданского общества демонстриру- о ют свою неспособность к этому. Здесь основополагающее значение 3 имеет встроенный механизм достижения гражданского согласия. г| Конфликт и консенсус составляют две важнейшие характерній стики любых сфер человеческой деятельности, в том числе и мира 8 политического. Политика связана как с разрушением, так и с сози- | данием, в ней и грязь и чистота, и добро и зло. Она связана как с миром, так и с кровью и насилием. Здесь речь идет прежде всего о g факторах, способствующих, с одной стороны, сохранению и жиз- | неспособности политической системы, а с другой — ее подрыву и, г соответственно, изменению как отдельных институтов, так и всей ° системы.

гч Поэтому вполне объяснимо, что феномен политического колеб- га лется между двумя крайними интерпретациями, одна из которых

со

го трактует политику всецело как результат и поле столкновения кон- ^ фликтующих интересов, а вторая — как систему обеспечения правления, порядка и справедливости в интересах всех членов 64 общества.

Но все же определяющим будет то, что политическое имеет своим основанием и своей целью всеобщую взаимосвязь социальных групп, институтов, частных и публичных сфер деятельности людей. Речь идет об условиях, формах и рамках существования и функционирования, без которых ни одна, в том числе и политическая, система не способна выжить.

Из всего сказанного можно сделать вывод, что политика призвана найти пути и средства разрешения возникающих в человеческом сообществе конфликтов, примирения и совмещения друг с другом разнородных и конфликтующих интересов всех членов общества. В этом смысле был прав С. Л. Франк, который писал: «Политика есть лечение (гигиеническое, терапевтическое, в безвыходных случаях — хирургическое) общества или его воспитание, создание условий и отношений, наиболее приемлемых для развития его внутренних творческих сил» (77, с. 216].

Если гражданское общество представляет собой арену столкновения и взаимодействия множества частных противоречащих друг другу и конфликтующих интересов, то мир политического заключает в себе объединяющее всех членов общества начало.

Государство, выступающее как наиболее законченное воплощение идеи политического и, соответственно, как выражение всеобщей воли, преследует цель воспрепятствовать тому, чтобы конфликты различных интересов не достигли взрывоопасной точки, обеспечить условия для достижения консенсуса по основополагающим вопросам общественно-политического устройства. При этом оно вправе использовать не только внутренне присущие любому человеческому сообществу пути, средства и механизмы достижения этой цели, но и комплекс как бы искусственных, внешних механизмов и институтов в виде права, законов, власти и т.д., призванных использовать для ее реализации при необходимости принудительные меры, о С этой точки зрения для характеристики феномена ПОЛИТИЧЄ- qj ского определяющее значение имеет принцип всеобъемлемости ИЛИ рЕ всеобщей обязательности решений и велений государства, исполь- | зуюшего все арсеналы закона, права и аппарата насилия для обще- % значимого регулирования общественных отношений. Важно учесть, §" что не существует и не может существовать какого бы то ни было к аполитического общества, поскольку все сферы и формы обществен- о ной жизни и деятельности пронизаны политическим началом. g Главная функция политического состоит втом, чтобы обеспечить О единство разделенного на разнородные группы, слои, классы общества. В сущности социум един в качестве политиче- 65

3 Введение в политическую философию

ского сообщества. Политическое играет интегрирующую роль или, иначе говоря, оно включает в себя объединяющее всех членов общества начало.

Поэтому когда мы выделяем гражданское общество и мир политического в качестве самостоятельных подсистем социума, речь идет об их разграничении лишь в смысле веберовских идеальных типов. Это некие абстрактные конструкции, не всегда совпадающие с реальной жизненной практикой.

В реальной действительности гражданское общество и мир политического не существуют и не могут существовать друг без друга. Стихийность и спонтанность свободы находят выражение в гражданском обществе, а начала порядка и упорядоченности — в государстве. Частное начало, или исключительная приверженность принципу приватности, разделяет, разобщает людей в соответствии с их особыми интересами, а организационное начало, воплощающееся в государстве, их объединяет. Это обеспечивается, в частности, господством единой для всех государственной власти, возвышающейся над всеми s другими началами. Иными словами, гражданское общество и пра- ІЕ вовое государство предполагают и обусловливают друг друга, или,

как говорил Гегель, они составляют две стороны одной медали, ь Таким образом, конфликт и политика самым теснейшим образом S. связаны между собой. Поэтому центральное место в политической ? философии занимает вопрос о том, как совместить конфликт, по- х рождаемый неизбежной конкуренцией различных интересов за ре- 0

сурсы, с требованиями порядка и согласия, без которых невозможно э_ представить себе жизнеспособность любого человеческого сообщества.

Существуют разные источники и причины возникновения конфлик- .g. тов, а также разные пути и средства их разрешения. Это находит вы- 8 ражение в существовании различных форм правления и политичес- | ких систем, власти и государства.

В то же время сами власть и государство как основополагающие g категории политического возникли именно в качестве инструмен- т тов разрешения конфликтов между людьми или социальными груп- ? пами. В этом качестве главная цель политики состоит в сведении к ° единому знаменателю интересов различных конфликтующих друг 1

с другом групп, слоев, сословий, классов и достижении согласия пі или консенсуса в обществе по основополагающим вопросам обще- ™ ственно-политического устройства. Очевидно, что политика, буду- * чи результатом конфликтов, в то же время предполагает своим результатом и условием эффективности и жизнеспособности

66 консенсус. Конфликт и консенсус составляют два краеугольных камня, или два крайних полюса политики. В данной связи необходимо отметить и то, что теснейшим образом связанные с ними категории «власть» и «свобода» носят антиномичный характер. В этом контексте можно сказать, что политика колеблется между двумя полюсами автократии и анархии, которые в своем крайнем выражении можно характеризовать как полюса власти и безвластия.

<< | >>
Источник: Гаджиев К.С.. Введение в политическую философию: Учебное пособие. — М.: «Логос». — 336 с.. 2004

Еще по теме Онтология мира политического:

  1. ОНТОЛОГИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ
  2. Часть вторая ПОЛИТИЧЕСКАЯ ОНТОЛОГИЯ
  3. Богуш Е.Ю.. Политическая история Чили XX века: Учеб. пособие. — М.: Высш. шк. — 224 с. — (Серия «XX век. Политическая история мира»), 2009
  4. 2.3. Естественная онтология и теоретическая онтология
  5. урок 7. Политическая анатомия мира
  6. ГЛАВА9.Методология познания мира политического
  7. ГЛАВА6.Морально-нравственный аспект мира политического
  8. Глава 8 ЧЕЛОВЕК ПОЛИТИЧЕСКИЙ В КЛАССИЧЕСКОЙ КАРТИНЕ МИРА
  9. ТемаЗ. СОВРЕМЕННАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ КАРТА МИРА(лекции 10—13)
  10. Системные и организационные характеристики мира политического
  11. Неспособность позитивизма охватить динамичность мира политического