Французская кампания по повышению производительности

  Пример Франции может иллюстрировать влияние психологической парадигмы на образ мысли разработчиков экономических планов и программ повышения производительности. Он также дает возможность понять, исходя из свидетельств многих участников событий, каким образом финансирование плана Маршалла, которое велось через Верховный комиссариат по производительности (CGP), повлияло на изменение структуры общественных наук во Франции.
В странах, на которые распространялась американская помощь, члены Комитета особых представителей (Office of Special Representatives) предлагали местным властям свои «рекомендации», которые по сути являлись условиями, не подлежащими обсуждению; эти рекомендации были направлены на достижение целей Плана экономического восстановления (Economic Recovery Plan - ERP) в области производительности труда. Среди этих условий фигурируют: создание центров производительности, позже трансформировавшихся в CGP; создание американской Службы технической информации, которая занималась бы распространением «аналитических бюллетеней»; создание службы американских инженеров-консультантов; организация выставок продукции и оборудования; презентация американских производственных технологий с помощью фильмов и фотографий; внедрение программ обучения рабочих; создание консалтинговой службы по вопросам отношений между дирекцией, персоналом и рабочими профсоюзами, а также организация стажировок в США инструкторских групп по производительности и т.д.[224]

Именно таким образом была организована французская программа по повышению производительности труда под руководством Жана Фурастье. В ней определялось понятие производительности, были показаны причины низкой производительности труда во Франции, выдвигались цели программы и условия ее финансирования. Низкая производительность труда во Франции объяснялась тремя группами причин: психологическими, экономическими и техническими. Но самой серьезной и «глубинной» считалась психологическая проблема. Главным пунктом программы было «создание психологических основ» производительности, что возможно лишь «при условии принятия живых и конкретных мер информационного воздействия»[225]. члены рабочей группы Фурастье, которым скорее всего было неизвестно, что руководство ERP осуществляют ЦРУ и PSB, организовали «кампанию по повышению производительности», включающую специализированную радиопрограмму, расклейку плакатов[226], проведение выставки, демонстрацию фильмов, публикации в прессе (как специальной технической и экономической, так и массовой), выпуск журналов, организацию конференций и исследовательских групп. Эти обходные пути обосновывались следующей причиной: «Французы не примут того, что покажется им давлением на их менталитет»[227].
Одновременно с этой расплывчатой политико-экономической кампанией, CGP начинает финансировать создание настоящей системы образования, которая подразумевает совокупность механизмов социально-психологического
воздействия (обучение более современным методам производства, обновление штатных расписаний, «свободные» члены профсоюзов). Эта система выражается в проведении «обучающих семинаров», а затем в создании ассоциаций социальных психологов, которые с усилением позиций индустриальной социологии станут независимыми негосударственными организациями. Конкретно в задачу обучения, финансируемого CGP, входило привитие примирительных настроений. Именно для этого во Франции используется наука: с распространением социальной психологии происходит реструктуризация французской психологической науки, а именно: экспериментальная психология и ее психотехническое применение в классическом позитивистском ключе дополняется отныне более всесторонними педагогическими подходами (а не просто оценочными и классифицирующими), которые вскоре возьмут на вооружение некоторые психоаналитики, такие как Даниэль Лагаш, для создания и усиления клинической отрасли университетской психологии.
Люди из окружения Лагаша внесли определенный вклад в развитие социальной психологии производства, чтобы показать власть имущим ее пользу для общества. Даниэль Лагаш возглавит лабораторию социальной психологии в Сорбонне и будет работать в контакте с Полем Альбу. Последний был в то время ответственным работником CGP и играл значительную роль в распределении средств. Несколькими годами позже он основал лабораторию «экономической психологии» в Университете Рене Декарта в Париже. Робер Пажес, один из наиболее близких к Даниэлю Лагашу сотрудников лаборатории социальной психологии в Сорбонне, вел обучающие семинары, организованные CGP. Возможно, как это настойчиво подчеркивает Дэвид Энгерман, он никогда не был абсолютно независим от университетской среды, просто некоторые периоды его работы оказались наиболее успешными в создании научного инс
трументария. Оставим в стороне эпистемологическую ценность научных результатов, полученных в таких условиях, обратимся лучше к мнению самого Робера Пажеса:
«Мы проводили общенациональные семинары, организованные и оплаченные CGP. Для промышленности это оплачивалось по высшему разряду. Таким образом нам перепало какое-то количество денег для нашей лаборатории [лаборатория социальной психологии Сорбонны - приж. авт.], поскольку гонорары были так велики, что их можно было сопоставить с бюджетом лаборатории. В то время мы платили внештатному сотруднику на половине ставки 15 000 старых франков в месяц, что составляет теперь 300 франков в месяц на полную ставку. Деньги эти были абсолютно ничтожными. И вдруг на несколько недель значительному количеству этих внештатных сотрудников или молодых ученых предложили оплату 60 000 франков в день (то есть в 60 раз больше). В то же время их начальник мог рассчитывать сразу на 1000 новых франков (100 тысяч старых франков) в день, то есть его зарплата возрастала в 100 раз. Такая диспропорция в оплате могла одним махом, как динамит, подорвать любые фундаментальные исследования»[228].
Если считать, что учреждения и ассоциации, которые были уполномочены распространять социальную психологию в государственных и частных структурах, несли служебную педагогическую функцию, в то время как Коммунистическая партия и Всеобщая конфедерация труда все еще находились на пике своего влияния, то теория системы образования легко применима к этой ситуации. Действительно, CGP, чьи предложения о работе находили живейший отклик среди работников руководящих должностей

ECA, являлся той инстанцией, которая могла координировать внедрение нового понятийного аппарата в обучающие организации. С этой целью были созданы многие промежуточные инстанции, наделенные относительной самостоятельностью в основном благодаря своему статусу ассоциаций; они должны были навязывать новые ценности (идеология капиталистического производства и неав- торитарности). Делегирование полномочий чиновниками CGP новым обучающим институциям, близким к академическим, медицинским и психоаналитическим кругам, облегчила организацию обучения (семинары, стажировки, выступления), рассчитанного на специально отобранные и предрасположенные к обучению группы, которые в свою очередь должны были с помощью методик «неавторитарной коммуникации» донести новые культурные принципы до непосредственных руководителей на производстве. 
<< | >>
Источник: Н.А. Шматко. Символическая власть: социальные науки и политика.. 2011

Еще по теме Французская кампания по повышению производительности:

  1. Глава 3. Десять примеров революционного повышения производительности транспорта
  2. Производственная ситуация “Создание благоприятного климата и его влияние на повышение производительности труда и удовлетворенность работой” к теме 6 [32]
  3. Кампания
  4. 3.6. ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОСТЬ АЛГОРИТМОВ УПРАВЛЕНИЯ
  5. РАЗДЕЛ 3. Закон убывающей производительности
  6. КАМПАНИИ
  7. Закон убывающей производительности.
  8. ГЛАВА 20.ПЛАН КАМПАНИИ
  9. Производительные силы социалистического общества
  10. ЧАСТЬ I. Пятьдесят примеров учетверения производительности ресурсов
  11. Совокупная производительность факторов производства
  12. СТРАТЕГИЯ КАМПАНИИ