Геополитическое использование социальной психологии

  Историк Дэвид Энгерман в обзорном труде, посвященном работам о социальном использовании общественных наук в период Холодной войны[203], неоднократно и настойчиво указывает на важное значение Второй мировой войны для развития Cold War University («Холодная война и Университет») и, в более общем смысле, на тот факт, что во многих критических работах была явлена «романтизированная» картина «золотого века» научной независимости, которой, по его мнению, никогда не существовало.
Он также утверждает, что большинство критических статей о книге «Холодная война и Университет» были финансированы «академическим комплексом Холодной войны». Несмотря на злободневность этих замечаний, его предложение «шире смотреть на явления в историческом контексте», то есть подвергнуть сомнению значимость такого явления, как Cold War University, и попытки вывести все социальные изменения непосредственно из Второй мировой войны, подразумевает, что будет уравниваться относительная гетерономия общественных наук во время войны против Германии и в первой половине Холодной войны. Это также означает приравнивание исследователей, вовлеченных в войну против нацизма, к тем, которые иногда открыто поддерживают позиции Холодной войны, как, например, И. де Сола Пул[204], Хэндли Кэнтрил, Пол Лазарсфельд, Леонард Дуб или Алекс Бавела. К тому же, Дэвид Энгерман никогда не затрагивает научных проблем, связанных с бурным ростом управленческих дисциплин или вытеснением истинных
критериев оценки знания социальным заказом. Автор не может также провести четкого разграничения между различными областями общественных наук, которые существовали в разные периоды их развития, например, в конце 1950-х и в конце 1960-х годов. Что еще хуже, автор умалчивает о многочисленных и драматичных социальных последствиях, которые могло повлечь за собой, в особенности в Азии и Южной Америке, усиление американской внешней политики за счет общественных наук в начале Холодной войны[205].
Как мы попытаемся показать в статье, период истории между 1946 и 1968 годами является значимым для Big Social Science, большая часть финансирования, институтов, полученных результатов и инструментария которой не могут быть отделены от стратегических целей, противопоставляющих, например, Информационное агентство США Коминформу, а доктрину Трумена - доктрине Жданова. В этом контексте мобилизация исследователей высшим политическим руководством прежде всего имеет целью способствовать восстановлению всемирной рыночной экономики, а сотрудничество ученых объясняется, главным образом, стратегическими интересами и конкуренцией между дисциплинами и внутри каждой из них. что касается науки, то политические, экономические и военные цели, вырабатываемые «людьми действия», особенно способствовали развитию позитивистской парадигмы бихевиоризма.
Промышленная и военная социальная психология отличаются от физикалистских моделей близостью к европейской психологии толпы и к мягким подходам, свойственным психоанализу и антропологии. Для этих областей психоло
гии особое значение имеют феномен харизмы (лидерство) и понятия, свойственные социологии малых групп (конформизм, «потребность» в признании и т. д.). Применяемые таким образом, они представляет собой педагогическую методику, предназначенную для адаптации сознания к социальным структурам, которые последовательно внедряются в рамках политики планирования. Речь идет прежде всего о том, чтобы сломить «резистентность к переменам».
Американская геополитическая психология, под которой мы подразумеваем политическую психологию в отношении населения иностранных государств, имеет как минимум два основных предмета: оценка и влияние на взгляды иностранного населения не в связи «с интересами США», но в связи с интересами деятелей, занимающих ведущие позиции во властной сфере, противоречия которой не поляризованы настолько отчетливо, чтобы поставить под сомнение само ее существование. Она применяется на двух основных уровнях: макроуровень, где проводится оценка взглядов и позиций и влияние на них (зондирование, пропагандисткие кампании), а также мезо- (институциональный) и микро- (групповой) уровни, на которых проводится обучение специалистов по кадрам и профсоюзных работников (неавторитарная коммуникация, демократическое лидерство и т.
д.).
Распространение этих педагогических практик проводится в немалой мере посредством образовательной политики и системы профессиональной подготовки при поддержке ЮНЕСКО и американского Конгресса, через который проходят законодательные акты. Конгрессу отведена роль первого плана в интернационализации профессиональной подготовки взрослого населения. Многие из законов, принятых между 1946 и 1952 годами, направлены, с одной стороны, на борьбу против коммунистических идей в Европе, в особенности во Франции и Италии, посредством запуска
«информационных» и «образовательных» кампаний, а также «культурного обмена» (законы Фулбрайта, Смит-Мунда и Акт об информации и образовании), с другой же стороны - на санкционирование Restrictive lousiness Practices путем поощрения «свободы предприятий» и усиления «свободных» профсоюзов с поправкой Бентона и Муди. Именно в результате принятия этой поправки возникла Организация европейского экономического сотрудничества, породившая затем Европейское агентство по увеличению промышленного производства, которое преследует тройную цель: улучшить отношения между работодателями и сотрудниками; способствовать европейской интеграции; повысить производительность труда в Европе[206]. При этом координировать оказание «технической помощи» по всему миру должны будут правительственные организации, связанные с ЮНЕСКО.
Известно, что научные исследования получали благотворительную поддержку. Однако работники некоторых руководящих должностей в благотворительных учреждениях (по данным Фрэнсис Стонор Сондерс[207] - более 170) и фондах (фонды «Форд», «Рокфеллер», «Карнеги», «Хоблит- цел», «Литтауэр» и др.) согласились стать прикрытием для фондов ЦРУ, которое использовало в этих целях подставные имена вроде фонда Фарфилда или фондов Прайса и Вернона. Холодная война в области культуры велась также и в научной сфере. Например, «фонд» Фарфилда в 1953 году частично финансировал проведение гамбургского конгресса «Наука и свобода».

Для борьбы с распространением коммунистических идей президент Трумен создал комитет по стратегической психологии (Psychological Strategical Board - PSB), подкомиссию Национального совета по безопасности, в которую входили помощник госсекретаря, министр обороны и директор ЦРУ. Комитет PSB работал в тесном сотрудничестве с другими государственными агентствами, такими как Информационное агентство США, и его основной целью было воздействие на общественное мнение. Его функция, а затем функция его преемника - центра координации действий (Operation Coordinating Board - OCB) - заключалась в согласовании всех действий правительственных учреждений, направленных на воздействие на «взгляды, настроения и поведение населения иностранных государств»[208] с целью реализации политических интересов США. Первым руководителем PSB был Гордон Грей, специалист по проблемам обучения, занимавший высшие посты в университетской среде. PSB запустил проект «Кловен», который представлял собой план психологического воздействия для того, чтобы ослабить позиции коммунистов во Франции[209]. В рамках этого проекта Коммунистическая партия Франции трактовалась как «серьезная угроза американской внешней политике и планам европейской безопасности НАТО»[210]. Согласно данным историка Ирвина Уолла, программы обмена Фулбрайта были составной частью проекта «Кловен». Исследования Сюзанны Перлман, офицера американс
кой разведки и специалиста по подпольным акциям PSB во Франции, дали ему основания утверждать следующее: «Каждая отдельная политическая инициатива и программа США, затрагивающая Францию, должны рассматриваться в контексте общей психологической кампании»[211].
<< | >>
Источник: Н.А. Шматко. Символическая власть: социальные науки и политика.. 2011

Еще по теме Геополитическое использование социальной психологии:

  1. предыстория геополитической психологии (1870-1939)
  2. Отношения между психологией личности и социальной психологией
  3. Расширение социальной базы воздействия как основная тенденция в практической работе социальных психологов с организацией
  4. Социально-исторический контекст становления практической социальной психологии
  5. Использование психосемантического метода в изучении личности будущих психологов
  6. Использование некоторых данных психологии для улучшения педагогического процесса.
  7. Занятие 14.2 ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ТЕСТА ЛИРИ В ПРАКТИЧЕСКОЙ РАБОТЕ ПСИХОЛОГА СЛУЖБЫ ЗНАКОМСТВ
  8. Н.Н.Мешкова, Е.Ю.Федорович. Хрестоматия по зоопсихологии и сравнительной психологии / Ред.-сост. Н.Н.Мешкова, Е.Ю.Федорович. 4-е изд. — М.: УМК «Психология»; Московский психолого-социальный институт,2005. — 376 с., 2005
  9. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ КОНЦЕПЦИЙ РЕГУЛЯЦИИ СОЦИАЛЬНОГО ПОВЕДЕНИЯ И САМОСОЗНАНИЯ ЛИЧНОСТИ ПРИ ОЦЕНКЕ И АДАПТАЦИИ ПЕРСОНАЛА РАЗЛИЧНЫХ КАТЕГОРИЙ
  10. Предмет социальной психологии.
  11. 1.2. Геополитический подход
  12. Часть II. Основы социальной психологии
  13. Глава 6. Методы социальной психологии
  14. Глава 7. Социальная психология личности