БУКВА — СЛУГА МОРФЕМЫ?


Прикинем
Итак, мы было подумали, что буква означает звук. Ho рассудили, прикинули так и этак — не получилось. Зачем же нужны буквы? Чему они служат?
Отвечают:              нужны, чтобы передавать морфемы. Единица,
которую оберегают и передают наши буквы,— это морфема.
Морфема... Надо снова прикинуть: она ли героиня нашего письма? Ho сначала разузнать бы, что такое морфема.
Если в обеих руках чемоданы
Морфемы... Это что-нибудь сложное? Нет, скорее простое.
... Изобрели особый прибор: шляпоприподниматель. Вы идете по улице, в обеих руках чемоданы, а навстречу — знакомый. Вы киваете ему головой, а шляпоприподниматель вежливо снимает с вас шляпу, приветливо приподнимает ее и потом снова нахлобучивает на вашу голову. Кивок приводит в действие механизм шляпоприподнимателя. В журналах были об этом
известия, может быть в шутку.
Я уверен, что, прочитав слово шляпоприподниматель, вы его поняли. Почему? Вы знаете слова выключатель, взрыва- тель, усилитель, звукоулавливатель, картофелесажатель, громкоговоритель... Они обозначают прибор; и у всех есть часть -тель. Значит, -тель сообщает нам: этим словом назван прибор.
Если -тель значит «прибор», то, выходит, -тель — значимая часть слова. Значимая часть слова называется морфема.
Морфемы бывают такие; корни, приставки, суффиксы (-тель — как раз суффикс), окончания... В слове шляпоприподниматель такие части: шляп-о-при-под -ним-а-тель.

Корень -ним-. Он имеет значение? Сравним: с-ним-а-тъ, под- ним-а-тъ; -ним- обозначает физическое действие. Какое — это уточняет приставка[4].
Слово похоже на поезд:
шляп-о-при-под-ним-а-телъ



Каждая часть — особый вагон. Он может быть прицеплен к другому поезду: вот так:
-ним-:              с-ним-а-тъ,
шляп-:              шляп-а, шляп-к-а,
при-:              при-встать,
под-:              под-брас-ыва-ть,
-тель:              анти-об-лед-ен-и-тель.
(Поняли, что значит это слово? По составным частям, по морфемам, можно понять.)
Все значимые части              на рисунке — вагоны,              а              почему              -о-              соединительное              в слове              шляпоприподниматель              —              цистерна?              He
вагон с окошками? Потому что это не морфема. Кроме морфем, в слове есть интерфиксы, «междуморфемия». Они служат для соединения морфем, но сами значения не имеют. Вот мы их и рисуем по-другому.

Итак, на скорую руку разобрались. Знаем, что такое морфема. Оказалось, понять нетрудно.
Звукам в морфеме привольно
Посмотрим, как ведут себя звуки внутри морфемы. Сравним:
водный              [водный],
вода              [вада],
водовоз              [въдавос],
заводь              [завъть],
вод              [вот] (род. п. мн. ч.)
Морфема — одна и та же.' Звуки — разные. В одной и той же морфеме они меняются, как только им угодно. Корень один,
а звуки? То [вод], то [вад], то [въд], то [въть]. Морфема не стесняет звуков, позволяет им своевольничать — меняться то так, то этак. Что ж, так и обозначать на письме все эти разные звуки? ^огда будет трудно сообразить, что [завъть], [водный] и [вада] — однокоренные слова, трудно вникнуть в их смысл.
Мы пишем, чтобы смысл передать. А мельчайшая смысловая часть — морфема. Ее и надо сохранить в неприкосновенности, что бы там звуки ни вытворяли!
Посмотрите на слова с корнем -вод-. Звуки разные, а буквы-то одни и те же: вод\ Буквы берегут единство морфемы.
Так вот что передает наше письмо: морфемы — как значимые части слов! Письмо сохраняет в неприкосновенности их облик
в разных словах. Поэтому позволяет быстро их узнавать — и поэтому позволяет быстро узнавать слова. Слова — из морфем.
Конечно, буква все-таки передает звук, но за эту работу с нее спрашивают нестрого. Буква не обязана точно обозначать звук: можно немножко приврать. Звук обозначается с такой только строгостью, чтобы сохранить неизменным облик морфем.
(Надо помнить, что мы ни к какому окончательному выводу не пришли; мы только ищем: что же обозначается с помощью букв. Оказалось — не звуки. Теперь проверяем другую догадку: не морфемы ли мы обозначаем? He их ли обслуживают буквы?)

Для всех морфема или не для всех?
Морфемы... Состав слова...
В школе слова разбирают по составу.
Ученым-языковедам бывает нужно узнать, какой состав слова и в современных языках, и в древних.
А в естественной жизни языка, когда мы говорим или пишем что-нибудь свое,— для нас-то, для нелингвистов, морфемы разве существуют? He выдумка ли они, нуйсная только для всяких ученых затей? Обыкновенные люди, когда говорят, они-то и не думают о морфемах.
Вспомним: мы хотели узнать, как устроено наше письмо. А устроено оно так или иначе, действует, живет — не для одних только ученых: пишут-то все. И его устройство может ли покоиться на ученой выдумке — на каких-то морфемах?
Она для всех
Нет, морфема — не ученая выдумка. Всякий человек знает морфему, даже тот, кто не учился в школе или давно забыл все школьные знания. Знают и любят ее, да!
Язык все время пополняется новыми словами. Посмотрите, вот новинки в нашем языке — они вошли в употребление всего 10—15 лет назад[5]. />Меховушка. Меховая одежда, например шапка (— Как тебе меховушка, подошла? — Как раз!).
Ополаскиватель. Приспособление для ополаскивания стаканов (У буфета визг: испортился ополаскиватель стаканов, брызги попадают в людей).
Подзапоздать. Немного запоздать. Сравнить: подзабыть, под- закусить, подзаправиться, подзаработать.
Молокопровод. Труба, по которой течет молоко (Молоко теперь от фермы пойдет прямо по молокопроводу на молокозавод).
Полярка. Зимовка в Арктике или в Антарктике (Полярка 1965 года была особенно трудной).
Отфутболить. Отослать к другому лицу (Заявление взял и, ничего не сделав, отфутболил в другой отдел).
Нержавейка. Нержавеющая сталь.
Обездвижить (в профессиональной речи). Лишить возможности двигаться (В медведей стреляли ампулами, чтобы на 10—15 минут обездвижить этих серьезных зверей).
Пропылесосить. Обработать пылесосом (Номер в гостинице убрали, пропылесосили).
Окномойка. Машина для мытья окон (Прилежно долизывают стекла резиновые языки окномоек).

Из многих сотен слов, которые вошли за последние 20 лет в русский язык, здесь взяты единицы. (Может быть, некоторые из них живут в языке давно, но не были замечены словарями; а другие еще не совсем вошли, раздумывают: войти или нет? Ho сейчас не это важно.)*
Важно другое. И по этим единицам можно понять, как делаются новые слова. По образцу других!
Есть слово водопровод. А тут новое — молокопровод. Старый образец, но в него вбежала новая (для этого образца) морфема: молок-.

Есть слова: непроливайка (чернильница, из которой не проливаются чернила), впайка, вклейка, жнейка, выкройка, пристройка.



С одной стороны:
непроливайка
впайка
вклейка
жнейка
выкройка
пристройка
С другой стороны:
не проливать
впаять (то есть впай-ать)
вклеить
жать, жну
выкроить
пристроить



Взять основу глагола и добавить суффикс -тс- (или -й/с-) —BOr, как созданы эти слова. Так же образовано новое слово нержавейка. И образец старый, и морфемы старые — и только их объеди нение по образцу — ново, небывало.
Значит, морфемы находят в старых словах, и из них делают новые слова. Кто делает? Ученые? Нет, просто те, кто владеет русским язamp;ком. А если морфемы выбирают из старых слов, вынимают их оттуда, то, выходит, признают, чувствуют их смысловую отдельность.
Видно, морфемы — не выдумка ученых, а единица, с которой считаются все говорящие. Ведь кто-то слово придумал, но все его поняли,— значит, все так же выделяют морфемы, как при- думыватель.
Слово ученого
Слово морфема сравнительно недавно вошло в научный обиход. Одним из первых его стал использовать и умно применять в исследованиях Василий Алексеевич Богородицкий (1857—1941). Он спорил с теми, кто считал, что морфемы — искусственная выдумка, что они есть в уме языковедов, а другим они ни к чему. Нет, доказывал он, морфемы — реальность самого языка, и каждый с ними считается и держит их в уме. Он писал:

«Вновь создающиеся слова ... являются с частями, морфологически имеющимися в языке; такое появление раньше не употреблявшихся соединений морфологических' частей, такая подвижность морфем доказывает действительное существование их в языке. Примеры:
Сочувственник. «Эх, ты, сочувственник,— брякнул Шубин и сам засмеялся новоизобретенному слову». (Тургенев. «Накануне».)
Расхачиватъ. «Я начал уже расхачивать пить чай». (Из разговора.)
Перевысказывать. «Я это говорил, и повторял, и перевыска- зывал». (Из журнала.)
Напредставить. «Я все это напредставил и выдумал». (Достоевский. «Подросток».)
Осюрпризитъ. «Я был осюрприжен». (Из разговора.)
Литературничать. (В смысле 'заниматься писательством4; Иван Аксаков в письме.)
Слова, употреблявшиеся прежде с одними префиксами, суффиксами, окончаниями, принимают иногда по аналогии другие вместо них. Сравните, например, произношение держут вместо держат.
Морфем-ы, вообще являющиеся только соединенными, получают иногда самостоятельное существование, выделяясь в слова. Так, вич, например, в поговорке Наши вичй едят одни калачи». (Назвать кого-нибудь Ивановичем, Степановичем, Петровичем раньше было знаком уважения; вичами были люди состоятельные, отсюда — эта пословица.)
В. А. Богородицкий заключает: «Действительное существование в языке морфологических частей доказывается появлением этих частей в новых условиях».
Слова, придуманные поэтамй
А вот поэты каких только слов не придумают! Маяковский, например, любил неологизмы. Как он их создавал?
Поэт грозит:
Досыта изыздеваюсь, нахальный и едкий...
Он хочет
Издинамитить старое...
Он видит счастливое будущее:
Цветы испавлинятся в каждом окошке...
Таких глаголов у него много:
...Пулей
сельскую темь
кулак иссверлил, неистов...
Глаголы созданы так: к существующим в языке словам прибавлена приставка из- (ис-). Получилось новое значение: действие нарисовано как неистовое, напряженное, многообразно
2 Зак 813 M В Панов

и сильно выявленное. Это приставка из- внесла в глагол такое значение.
Сам Маяковский придумал такую приставку из-? с таким значением? Нет, нашел в давно известных словах: бранить — избранить (Избранил меня в пух и прах), бродить — избродить (Я избродил эти места вдоль и поперек), грызть — изгрызть (Мыши изгрызли весь пол), убрать — изубрать (Елку изубрали всякими украшениями), дергать — издергать (Он издергал меня своими замечаниями), мерзнуть — измерзнуть (Мы так измерзли, дожидаясь поезда!), ломать — изломать (Он в гневе изломал все вокруг).
Поэт нашел приставку из- в языке, в давно известных словах. И перенес ее в свои новые слова. С этим именно неистовым значением.
Ho если нашел, перенес, то, значит, для него приставка из- (притом — с таким именно значением) была живой; не выдумка ученых, а реальность языка!
Снова выходит: морфема всем нужна. И поэтам, и их читателям. И все ее уважают, как самый крохотный «атом» языка, несущий смысл.
Самовар Полупшённого
Иван Семенович Полупшённый любил чаек попивать из самовара. И вдруг самовар прохудился — в боку у него та-акая дыра! Вся вода выливается. Я и решил, ввиду этого обстоятельства,— рассказывал Иван Семенович, как всегда помахивая указательным пальцем перед собою,— переименовать самовар и теперь              называю его
тфулява.              Придут              гости              — не              угостите ли чаем?              из самовара?
А я им разъясняю: это не самовар, самовара нет, это тфулява. Они ничего не понимают и, необоснованно обидевшись, покидают мою квартиру. Вдруг прибежали мои племянники. Орут, необъективно шумят: «Дядя, чаю хотим». — «Нет чаю, нет самовара»,— говорю. «А это что?» — «Тфулява». — «Что такое тфулява?» — «Самовар, в котором нельзя кипятить воду»,— и показываю на дыру. «A-а, так он, значит, само-не-вар! Ни-
чего-не-вар! Пусто-вар! Дырко- ватый недовар!» Бегают, всем рассказывают: «У              нашего дяди
само-не-вар!..» И              пошло! Все
спрашивают:              «Починили              ваш
самоневар? Ваш пустовар?»
Тут Полупшённый разводит руками и с недоумением говорит: Почему получилась такая неувязка? Моего слова тфулява не понимают, а их — поняли и всюду разнесли... Уж эта мне молодежь!

А что тут удивительного? Так и должно было случиться. Подумайте, почему?
Нечего ей меняться!
Теперь ясно: каждый из нас морфему знает, каждый ее ценит. Многие не догадываются, что ее имя — морфема, но на деле с ней считаются. А как же? Она помогает понять слово.
Ho если морфему писать, всякий раз подчеркивая (буквами) ее изменчивость, то это будет помеха для понимания. Стали бы мы, положим, писать: снек — снига — снижок — снишки — снежный... Сразу и не поймешь, что эти слова — про одно и то же. Про снег.
Нет, буква должна стоять на страже морфемы. Оберегать ее постоянство. Раз слова: снег — снега — снеговик — снеговой— про одно, про снег, раз у них один и тот же корень (одна и та же морфема) — пусть буквы и покажут это. Пусть подчеркнут постоянство морфемы, даже если звуки и не совсем одинаковые. Смысл-то у этих слов один, а морфема как раз смысловая, значимая единица.
<< | >>
Источник: Панов М. В.. Занимательная орфография: Кн. для внеклас. чтения учащихся 7—8 кл. — М.: Просвещение,— 159 с.. 1984

Еще по теме БУКВА — СЛУГА МОРФЕМЫ?:

  1. БУКВА — СЛУГА ЗВУКА?
  2. Буква «Ты»
  3.     ФИЛИППОК-ПРИКОСУФОК     О частях слова - морфемах
  4. КАРТИНКА И БУКВА
  5. Волшебник меняет лицо
  6. Чаши весов
  7. Таинственная незнакомка
  8. Самые трудные
  9. МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ ПЕТЕРСОНalt="image27" />(1885—1962)
  10. СТРОПТИВОЕ МЕНЬШИНСТВО
  11. А если забыл?
  12. Взгляд назад