Введение

Как мы приобретаем знания о мире, в котором живем? Для этого есть два способа: непосредственное наблюдение и получение новых знаний из уже имеющихся. Первый способ практически никогда не используется «в чистом виде»: чтобы стать знанием, результат наблюдения должен быть как-то соотнесен со «старыми» знаниями, должен войти в их систему.

(И даже у маленького ребенка, не успевшего еще накопить «своих собственных» знаний, наблюдения вкладываются в систему «врожденных знаний», добытых в ходе эволюции и передающихся от поколения к поколению генетическим путем. Представление о первоначальном состоянии человеческой души как «чистой доске»—tabula rasa — опровергнуто современной биологией.) Да и при выборе объектов наблюдения мы, как правило, исходим из каких-то гипотез, строящихся на основе того, что мы уже знаем. (Подробнее об этом пойдет речь в четвертой части книги.)

Зато второй способ — получение новых знаний из других, уже имеющихся, без обращения к непосредственному наблюдению действительности— применяется «в чистом виде» очень часто. Иногда при этом человек не может отдать себе отчета, как у него возникло новое знание; тогда говорят, что он «догадался». Та человеческая способность, благодаря которой мы в состоянии догадываться, называется интуицией. (Этот термин, происходящий от латинского intueor — «внимательно смотрю», отражает типичную картину «догадки»: человек пристально всматривается во что-то — возможно, «умственным взором», — и вдруг его «осеняет».)

В других случаях мы сознательно «выводим» из имеющихся у нас знаний новые. Например, если мы знаем про кого-то, что близкие друзья называют его Колей, а отца его зовут Иваном Петровичем, мы делаем отсюда вывод, что по имени и отчеству его следует называть Николаем Ивановичем. Такой способ получения знаний называется рассуждением. И при интуитивной догадке, и при рассуждении мы никогда не застрахованы от ошибок. Поэтому всякое вновь полученное знание желательно проверить. Подробнее мы будем говорить о проверке в главе 13,

а сейчас достаточно заметить, что для подтверждения догадки часто прибегают к рассуждениям. Решая, например, математическую задачу, мы, как правило, сначала догадываемся, как получить ее решение (или даже угадываем окончательный результат), а потом проводим строгое рассуждение, и только тогда задача считается решенной.

Причина, по которой рассуждению обычно доверяют больше, чем интуитивной догадке, очевидна: механизм интуиции недоступен прямому наблюдению, а рассуждение происходит «на свету» и выражается словами; поэтому мы можем составить себе определенное представление о том, как должно быть построено правильное рассуждение, и это позволит нам отличать правильные рассуждения от неправильных. Преимущество рассуждения перед догадкой состоит, таким образом, в его лучшей проверяемости.

Некоторые представления о том, как можно рассуждать и как нельзя, имеются у каждого; все мы, начиная с какого-то возраста, что-то знаем о строении правильных рассуждений — точно так же, как все мы что- то знаем об устройстве окружающих нас «вещей». Однако человечество не удовольствовалось теми знаниями о «вещах», которые есть у каждого: оно создало естественные науки — физику, химию и другие, — позволившие узнать об этих «вещах» несравненно больше и изучить их несравненно глубже. Подобно этому и строение рассуждений стало предметом особой науки, которая называется логикой.

Поскольку рассуждение есть один из видов умственной деятельности человека, логика относится к гуманитарным наукам. Она имеет некоторые точки соприкосновения с психологией — наукой, изучающей психическую деятельность человека, в том числе и умственную. Однако логика не является частью психологии, т.к. ее подход к изучению рассуждений коренным образом отличается от психологического: психолог, изучая рассуждение, стремится понять внутренние психические механизмы, благодаря которым оно происходит, в то время как логик интересуется строением уже готового рассуждения, его формой.

Много точек соприкосновения имеется между логикой и лингвистикой (языковедением) — наукой о строении и функционировании языка.

Это понятно: ведь рассуждения, как уже говорилось, выражаются словами. Многие фундаментальные лингвистические понятия родственны логическим или имеют логическую основу. Логика возникла одновременно с наукой о языке и влияла на нее в течение всей ее истории.

И в современной лингвистике заметную роль играет логический анализ языка. В свою очередь, в логике могут находить применение лингвистические идеи. (С одним таким применением мы встретимся в этой книге.)

Логика возникла в первом тысячелетии до н. э. независимо на Востоке и на Западе —в трудах индийских и греческих мыслителей. Но в отличие, например, от математики, на развитие которой в Европе существенно повлияли проникшие туда достижения восточной мысли, западному и восточному путям развития логики не суждено было пересечься. В нашей книге (как и во всех или почти во всех современных учебных пособиях) логика излагается в том виде, который она приобрела в результате развития по западному пути. Этот путь берет начало от Аристотеля (АрютотеХт)?, 384—322 до н. э.) который не только заложил основы логики, но и разработал ряд ее разделов настолько глубоко и с такой полнотой, что потом она в течение двух тысяч лет практически не выходила в своем развитии за рамки очерченного Аристотелем круга идей и понятий.

Впервые логика вышла за эти рамки в XVII столетии (см. ниже главу 12), но по-настоящему новая эпоха в ее развитии началась в середине XIX столетия, когда некоторые логики и математики стали пользоваться символическими обозначениями для простых логических операций, соответствующих союзам «и», «или», «если» и отрицанию, аналогично используемым в математике символическим обозначениям арифметических действий. Это дало возможность представлять некоторые логические закономерности в виде математических соотношений. Так возникла «алгебра логики», из которой развилась математическая логика, позволяющая изучать строение рассуждений значительно полнее и глубже, чем традиционная «аристотелевская».

Современную логику невозможно представить себе без математических методов; более того, они играют в ней ведущую роль. Этот факт —лучшее доказательство неправомерности отталкивания так называемых «гуманитариев» от математики, с которым все еще приходится сталкиваться на каждом шагу, хотя еще в IV в. до н. э. величайший «гуманитарий» Платон начертал над входом в свою Академию: «Да не войдет сюда не знающий геометрии». (Достоверность этого предания оспаривается, но оно верно отражает отношение Платона к математике.) Отстаивание многими нынешними «гуманитариями» своего права не иметь никакого представления о математике и естественных науках есть не что иное, как воинствующий обскурантизм. Человек —не только «царь природы», но и часть ее; поэтому, хотя науки о человеке и человеческом обществе не могут быть сведены к наукам о природе, они не могут не взаимодействовать с ними и не зависеть от них (подобно тому, как биология не сводится к физике и химии, но при этом тесно взаимодействует с ними).

В главе 14 мы увидим, что науки о природе, в том числе и в особенности те из них, которые широко используют математические методы, фактически оказывают очень сильное влияние на развитие гуманитарного знания. Влияние это не всегда благотворно, в ряде случаев оно ведет к ошибкам; но эти ошибки в весьма значительной степени обусловлены именно тем, что философы, историки, социологи, экономисты имеют лишь поверхностное представление о методах математики и естественных наук, а нередко даже не подозревают, что находятся под их влиянием. Поэтому всем, кто занимается науками об обществе, необходимы хотя бы элементарные познания в области математики и наук о природе. Немаловажное значение имеет и изучение логики, поскольку оно способствует выработке культуры рассуждения, без которой невозможны вообще никакие научные занятия, ни в области естественных, ни в области гуманитарных наук. Для последних логическая культура нужна во всяком случае не меньше, поскольку все «объекты», с которыми они работают, представляют собой на самом деле абстрактные конструкции. И каждый, кто намерен посвятить себя исследованиям в области гуманитарных наук, или их преподаванию, или их приложению в какой-либо практической деятельности, должен быть готов к труду изучения логики.

мере не умаляет заслуг Аристотеля, а также тех ученых древности, Средних веков и Нового времени, которые передавали из поколения в поколение его наследие и развивали традиционную логику. Многое из созданного ими сохраняет свое значение до сих пор. Кроме того, без их трудов не появилась бы и математическая логика.

<< | >>
Источник: Гладкий А. В.. Введение в современную логику. — М.: МЦНМО,2001. — 200 с.. 2001

Еще по теме Введение:

  1. Алексеева И. С.. Введение в перевод введение: Учеб, пособие для студ. фи- лол. и лингв, фак. высш. учеб, заведений., 2004
  2. ВВЕДЕНИЕ
  3. ВВЕДЕНИЕ
  4. ВВЕДЕНИЕ
  5. ВВЕДЕНИЕ
  6. ВВЕДЕНИЕ
  7. Введение
  8. Введение
  9. ВВЕДЕНИЕ
  10. ВВЕДЕНИЕ
  11. ВВЕДЕНИЕ
  12. ВВЕДЕНИЕ
  13. ВВЕДЕНИЕ
  14. ВВЕДЕНИЕ
  15. Введение
  16. ВВЕДЕНИЕ.
  17. Введение
  18. ВВЕДЕНИЕ
  19. ВВЕДЕНИЕ