Задать вопрос юристу

2. Человек и общество

Для ознакомления со взглядами неотомистов на соотношение общественного и личного мы выбрали известного «советолога» (проще говоря — антисоветчика), руководителя восточноевропейского института при университете во Фрибуре (Швейцария), редактора издания трудов серии «Sovietica», доминиканского патера Юзефа Бохенского.

Юзеф Бохенский считает необоснованным обвинение неотомизма в индивидуализме.

По его мнению, неотомиэм никогда не утверждал, что отдельный человек может существовать и может быть правильно понят вне его связи с другими людьми, вне «человеческого наличного бытия (Dasein), а именно общества»3.

По мнению Бохенского, проблема «человек и общество» является вечной проблемой, при решении которой в истории человеческой мысли обнаружилось два основных направления.

Одно направление в своем наиболее полном проявлении представляет собой «крайний социально-этический индивидуа-

*J. М. Bochenski. Wege zum philosophlschen Denken. Einfuhrung in die Grundbegriffe. Freiburg im Breisgau, 1959, S. 103.

. м Заказ Jft S771 401

лизм» 4 типа М. Штирнера. В несколько ослабленном виде эту позицию, по мнению Бохенского, занимают некоторые экзистенциалисты. В онтологическом плане представители индивидуализма утверждают, что хотя общество должно существовать реально, но «мы видим только отдельных людей»; «общество противостоит мне, но найти его я не могу», если всех людей «просто назвать «общество», то это будет только слово»6,— заявляют они. Ю. Бохенский определенно выступает против такого явного индивидуализма.

Другое направление, по Бохенскому, напротив, исходит из того, что «субстанции — люди, например,— конституируются через связи, и только благодаря этим связям они есть то, что они есть; они есть, так сказать, узлы отношений»6. «Человек у Гегеля и его учеников,— пишет ЇО. Бохенский,— является диалектическим моментом общества и ничем больше»7. Гегель назван здесь скорее для маскировки, а под «учениками Гегеля» подразумеваются прежде всего представители марксистской мысли. Намеки Ю. Бохенского становятся совсем прозрачными, когда он заявляет, что подобные теории ведут к «социально-этическому коллективизму и даже тоталитаризму, согласно которому человек в своей основе, хотя на словах это часто и отвергается, является лишь средством, а общество остается единственной целью»8.

Признавая важность для человека всего общественного, Бохенский стремится компенсировать это утверждение' попыткой представить томизм как вековую «мудрость середины» в противовес альтернативам, сформулированным другими философскими направлениями. Поскольку «здравый человеческий рассудок отвергает возможность... крайних тезисов», пишет он, то наиболее приемлемым является учение, основы которого «имелись еще у Аристотеля».

С точки зрения этого учения, «реальными являются не толь156 ко субстанции, которые именно реальны в полном смысле этого слова, как первейшие реальности, но также и отношения. Хотя отношения и не являются вещами, не являются субстанциями, тем не менее они налицо; они срослись с субстанциями, и свя- зывают их друг с другом» 9. Если к этому добавить, пишет Во- хенский, что подобные отношения «не висят в воздухе, а обоснованы собственно в отдельных людях» и, понимаемые этически, есть «общая воля, особый аспект отдельных воль» 10, то из такой концепции сразу следует два вывода: «Во-первых, что единственной полной реальностью в обществе является отдельный человек. Во-вторых, что общество представляет собой нечто большее, чем сумму отдельных людей: оно обладает еще, кроме того, реальными отношениями между людьми и стремлением их к общей цели» п. В таком учении «учтены обе стороны антиномии без их одностороннего преувеличения», и все же именно «отдельный человек и только он остается последней земной целью любых общественных поступков, любой политики» ,2.

Из изложенного становится очевидным, что представители современного неотомизма довольно хорошо понимают происходящие в сознании людей сдвиги и отмежевываются от крайнего индивидуализма.

«Мне кажется, индивидуализм в наше время уже не представляет какого-либо значительного учения» 13,—с пишет Ю. Бохенский.

Мы мозрем констатировать, что проповедь индивидуализма может, конечно, еще верно служить эксплуататорам в классовом обществе как средство разложения массовых организаций трудящихся, Но индивидуализм в современных условиях разлагает организации и самих эксплуататоров (армию, чиновничий аппарат и т. д.), а это уже опасно для капитализма, когда силы его все более ослабляются. В таких условиях силы, так или иначе связанные с капиталистическим строем, вынуждены искать идеологический материал для обоснования необходимости «некрайнего коллективизма», принципиально якобы противоположного «крайнему коллективизму» научного социализма.

Взгляды Ю. Бохенского на необходимость в наше время различных «корпораций» и даже «социализации» далеко не являются пределом для католической философии, стремящейся обеспечить себе гибкие позиции при решении социальных конфликтов современности, особенно в будущем. Конечно, в своей повседневной практической деятельности католическая цер-

®J. М. Bochenski. Wege zum philosophischen Denken, S. 111. 10

Там же, стр. 112. 11

Там же.

» J. М. Bochenskl. Wege zum philosophischen Denken, S. 110. Предполагается, однако, пишет наш неосхоласт, что «эта цель может быть достигнута только через признание реальности общества и его собственной цели. Но цель эта имеет основание в отдельной воле. Обязанности, которые мы чувствуем по отношению к обществу, являются истинными обязанностями. Они связаны с той моральной силой, которая выступает против индивидуумов, поскольку не являете^ фикцией. И тем не менее эти обязанности остаются средством осуществления отдельных человеческих судеб» (там же, стр. 112) ,

11 J. М. Bochenskl. Wege zum philosophischen Denken, S. 113.

14» 403

ковь как крупнейший обладатель капиталистической частной собственности не может не защищать ее. Однако право частной собственности теоретически не вытекает с необходимостью из основных взглядов неотомизма: в системе католической идеологии, как показали некоторые польские марксисты, оно обосновывается довольно искусственно, и католическая церковь в сложившихся ситуациях (социалистическая Польша, например) может отказаться от защиты «права частной собственности» и ограничиться защитой просто «права собственности», которое понимается как право «широкого» владения средствами существования, обеспечивающими духовный и моральный рост человека ,4. Не противореча в принципе неотомистской концепции «естественных прав» человека в целом, такая позиция позволяет католическим мыслителям выдвигать антитезу социализму в виде своей «социализации».

Это может породить даже иллюзию о забвении неотомизмом своего традиционного индивидуализма. Однако, подчеркиваем, для неотомизма и сейчас «единственной полной реальностью в обществе является отдельный человек» и потому никакие отношения между «человеческими субстанциями» не могут объяснить сущность этих субстанций, сущность человека. «Социализированный индивидуализм» неотомизма требует для этого выхода за пределы отношения «общество — человек» и перехода к отношению «человек — бог», т. е. «социализация» человека не может быть понята вне теологии.

<< | >>
Источник: И. Ф. БАЛАКИНА, Б. Т. ГРИГОРЬЯН, С. Ф. ОДУЕВ, Л. А. ШЕРШЕНКО. Проблема человека в современной философии. 1969

Еще по теме 2. Человек и общество:

  1. 1. Человек и общество
  2. 1. ЧЕЛОВЕК И ОБЩЕСТВО
  3. Человек, общество, культура
  4. 76. ЧЕЛОВЕК, ОБЩЕСТВО И ГОСУДАРСТВО
  5. Учение о человеке и обществе
  6. Роль общества в жизни человека.
  7. ГОСУДАРСТВЕННОЕ УПРАВЛЕНИЕ: ЧЕЛОВЕК, КОЛЛЕКТИВ, ОБЩЕСТВО
  8. Значение языка для человека и общества
  9. Раздел первый Права человека, государство, общество
  10. 2.1. Философия человека и общества в поисках ответов на глобальные
  11. VI. ЧЕЛОВЕК СРЕДИ ЛЮДЕЙ. (КАК ВЕСТИ СЕБЯ В ОБЩЕСТВЕ?)